Череда громких скандалов в Алматинском цирке, в том числе связанных с возможной приватизацией этого госучреждения к 2016 году, и низкая заработная плата артистов (в среднем 50 тыс. тенге в месяц) может привести к серьёзным проблемам. По мнению ветеранов цирка, если не принять меры и всё пустить на самотёк, то в условиях рыночной экономики профессионалы, скорее всего, могут отправиться на поиски лучшей жизни в дальнее или ближнее зарубежье. Туда, где опять же, по их мнению, артисты будут востребованы и обласканы судьбой...

Нынешний директор Алматинского цирка 33-летний Даулет Досбатыров про себя говорит, что «родился в опилках на манеже» и умрёт, вероятно, тоже здесь же в цирке. Он из прославленной цирковой династии ДОСБАТЫРОВЫХ – акробат на ремнях, лауреат многих престижных мировых премий, обладатель золотой медали фестиваля циркового искусства в Монте-Карло 1996 года, орденоносец.

 На прошлой неделе мы встретились с ним и в разговоре попытались поставить все точки над i.

Даулет Досбатыров

– Пока не началось интервью, сразу хотел бы предупредить, что отвечать на вопросы о том, почему коллектив не принял Мутургановых, отвечать не стану.

– Почему?

– Не хочу. Имею на это право. Других актуальных тем для разговора много. Лично у меня к ним претензий нет.

– Хорошо, ситуацию с клоунами до поры оставим в покое. Даю слово. Но почему разрекламированная новогодняя шоу-программа «сКОЗАчный новогодний сон», по мнению многих зрителей, в этом году была гораздо слабее прошлогоднего «Зимуса»? Неужто в нынешней труппе не осталось ни смешных клоунов, ни профессиональных жонглёров, ни фокусников, ни воздушных гимнастов? Хаос какой-то на манеже царил, к тому же не под «живую» музыку циркового оркестра, а обыкновенную «фонеру». Артисты цирка не своим индивидуальным мастерством зрителей удивляли, а одновременным массовым появлением на манеже.

– Вы прямо без вступления с такой уничтожительной критикой в наш адрес. Что так? Не любите цирк?

– Напротив, очень его люблю и довольно часто бываю здесь со своими детьми. Потому замечаю, что цирк наш стал совершенно другим. Не то что раньше.

– На самом деле у нас не всё так мрачно, как вы нарисовали сейчас. Коллектив сплотился, стал дружным и готов решать задачи любой сложности.

– Извините, но ваши воздушные гимнасты в этом году даже простой задачи не смогли решить под куполом цирка. Всё время срывались, словно новички на репетиции. Больше времени трос в антракте натягивали, чем мастерство своё показывали. Просто спрыгнуть на сетку с мачты много ума не надо. Зачем вообще надо было этот «сырой» номер включать в цирковую программу?

– С гимнастами действительно возникли некоторые сложности. Вчера я предупредил руководителя номера, что далее так продолжаться не может. Или-или. Впрочем, оправдание их неудачному выступлению имеется – буквально накануне Новогоднего представления один гимнаст получил травму, другой уволился по семейным обстоятельствам... Ребята просто не успели подготовить достойную замену и всё хорошенько отрепетировать. Конечно, зрителям всего не объяснить да и знать им наши трудности по большому счёту совсем не интересно. Они заплатили деньги и вправе рассчитывать на соответствующую отдачу. Естественно, мы должны были всё предусмотреть и всё просчитать.

– Минусов в нынешнем Алматинском цирке придирчивые зрители, к сожалению, пока больше насчитывают, чем плюсов. Даже дети говорят, что наши артисты могли бы гораздо лучше выступать, чем сейчас. К примеру, в 40-летний юбилей Алматинского цирка джигитовка такая мощная была, что мурашки бегали по коже. Особенно, когда в финале национальный флаг взвился над головами всадников... В этом году ваши джигиты ничего нового не показали. Всё одно и то же, только значительно слабее. Профессионального роста не наблюдается. Деградируете постепенно?

– Новогоднее представление – не показатель уровня мастерства наших цирковых артистов. Это не фестиваль, где на суд зрителей и жюри предлагаются новые эксклюзивные номера. Сейчас наш цирк только ленивый не ругает. Между тем, должен заметить, у нас идёт смена поколений. Ветераны уходят. На смену им молодёжь приходится брать и готовить к выступлениям на манеже. Как наверняка вы заметили сами, капитального ремонта здесь не было с 2006 года. Своими силами пока делаем косметический ремонт. И всё же, несмотря на объективные какие-то бытовые трудности, мы очень стараемся радовать детей, придумывать для них всякий раз что-то необычное, яркое, запоминающееся.

– Даулет, моя семья часто ходит в цирк, но с каждым годом не только мы замечаем, что настоящих профессионалов здесь практически не осталось. Куда они все подевались? Фокусников профессиональных нет. Но цирк без иллюзий, согласитесь, не цирк. Так же, как невозможно обойтись без настоящего клоуна на манеже, способного с пол-оборота рассмешить и зажечь зал.

 – В новогоднем сценарии мы специально не использовали сольные выступления наших звёзд. Но они у нас, не сомневайтесь, есть в репертуаре. Сейчас очень много креативных задумок. Ищем также возможность, чтобы послать ребят учиться в Москву. Думаю, уже скоро нам удастся подготовить смену. К юбилею готовим солидную программу. В этом году 24 июля Казахскому государственному цирку исполняется 45 лет. Художественный совет над сценарием уже работает.

– Во время антракта в холле создаётся какой-то коммерческий хаос. Такое складывается ощущение, что артисты выводят зверюшек к детям, чтобы сфотографировать их и побольше денег за это получить. Но эти фото зачастую такого низкого качества, что вызывают у зрителей, скорее, раздражение, чем радость. Многие узнать на тех снимках себя не могут, ругаются. Неужели вы сами не замечаете весь этот бардак?

– Некоторые арендаторы портят общую картину. С этим полностью согласен. Но старую систему не просто сломать. Наведём и в этом вопросе порядок. Проявите немного терпения. Мы понимаем, что и запах от животных сейчас в цирке некоторых раздражает. Плохо пахнет потому, что нет мощных вытяжек. Значит, будем их устанавливать. Для проведения современных технологичных шоу нужно установить новое световое оборудование, ведь свет сейчас играет важную роль в драматургии представления. Кроме того, нужно улучшать акустику, обогрев и вентиляцию помещений, расширить гримёрки и помещения для содержания животных. Есть идея установить вокруг манежа LED-дисплеи – они помогают повысить зрелищность, я видел такие в цирке у братьев Запашных. И современный швейный цех для подгонки костюмов тоже необходимо возродить, и многое-многое другое. Москва, как известно, тоже не сразу строилась. Но нам, повторяю, удалось сохранить хороший работоспособный коллектив. Мы не стоим на месте. Развиваемся. В Академии искусств им. Жургенова впервые создан факультет «Режиссура цирка». На сегодняшний день мы подготовили уже 5 дипломированных режиссёров. Кроме того, у нас имеется очень хороший Цирковой колледж. Ребята в нём обучаются очень способные. Они знают, что чудеса случаются с теми, кто в них верит и имеет доброе сердце, способное радовать всех и самому радоваться всему происходящему.

– Даулет, прошлогоднее представление под названием «Зимус» ставили вы ещё в должности заместителя директора. Может, потому оно и получилось гораздо интереснее, чем в этом году. Получается, что над сценарием «сКОЗАчного сна» времени не хватило поработать лично? Директорские заботы целиком поглотили и быт заел?

 – Идея «сКОЗАчного новогоднего сна» действительно была моя, а разработкой тематической партитуры занималась главный балетмейстер Марина Редько. О «Зимусе» согласен, много хороших отзывов поступило... И в этом наступившем уже году мы очень старались зрителей удивить. Сюжет был простой. Маленькая девочка не верила в чудеса Нового года и существование Деда Мороза. Когда наступила ночь, она заснула и попала в цирковую сказку с Дедом Морозом, Санта Клаусом и нашим Аяз Атой, которые поспорили, кто из них самый новогодний. Уверен, всем детишкам наша работа на манеже понравилась, а взрослым сейчас угодить очень трудно.

– Дело не в угождении кому-то, а в элементарном профессионализме артистов, выходящих на манеж. Устали от внутренних разборок в своём коллективе?

– Да нет, не устал. Никаких внутренних разборок уже давным-давно в нашем коллективе не существует. Всё по плану. Художественный совет работает в полную силу.

КТО БЫЛ В ЦИРКЕ, ТОТ В АРМИИ НЕ ПЛАЧЕТ

Сейчас в Алматинском цирке согласно штату 228 человек, из них 120 артистов. И все они волнуются за свою дальнейшую судьбу. Дело в том, что из 4 стационарных цирков в Казахстане только Алматинский включён в план приватизации до 2016 года. Но по закону государственные организации культуры не подлежат продаже. Негативный опыт уже был в 2002 году, когда после передачи в частные руки цирк нёс большие убытки и был на грани банкротства.

– Никому, видимо, сегодня артисты цирка не нужны, – рассуждает ветеран цирка Омарбек Исабеков. – У нас не осталось ни льгот, ни привилегий. И на пенсию мы имеем право выходить только на общих основаниях, то есть, как все – в 63 года. Представляете воздушного гимнаста в таком возрасте под куполом цирка? О заработной плате вообще молчу.

– Омарбек, почему профессионализм нынешних артистов цирка не высок? Нет возможности репетировать? Не хватает манежей? Или все по корпоративным мероприятиям и тоям разбрелись, чтобы семью прокормить? Хорошо жить все хотят, и артисты цирка в этом не исключение.

Омарбек Исабеков

– Думаю, для совершенствования мастерства сейчас есть всё. Не лениться надо, работать в поте лица. Помню, когда-то жонглёр у нас был по имени Бельяур, так он, даже когда в туалет шёл, шары из рук не выпускал. По 10-12 часов репетировал. Сейчас, видимо, другие приоритеты. Хотя талантливых и трудолюбивых ребят очень много.

Крылатое выражение советской поры: «Кто служил в армии, тот в цирке не смеётся» вспомнилось, когда час отстоял в очереди за билетами, долго объяснял кассирам, какой сектор желаю выбрать и по какой цене приобрести билеты. До сих пор не понимаю, что это был за новогодний КОЗА-сон, на который невозможно было достать билеты? К примеру, 2 января в кассе были лишь билеты стоимостью от 3000 до 4000 тысяч тенге. Однако у перекупщиков, которые, как челноки, снуют туда-сюда перед парадным входом и кассами, на руках пачки дефицитных билетов и по 1500 тенге, и по 2000. Они, что, в сговоре с администрацией цирка?! Никто ведь их не прогоняет от касс, никто не следит за порядком.  Чтобы взять билет, необходимо час отстоять в очереди, а дойдя до окошка, услышать от кассира, что «билеты в нужный мне сектор, оказывается, она не продаёт», и мне надо идти к другому окошку и снова занимать километровую очередь. В кассах Алматинского цирка нет общей электронной базы? Почему?

– Эту билетную мафию, похоже, никогда здесь не победить, – продолжает ветеран цирка Омарбек Исабеков. – Многие из начальства пытались как-то повлиять и остановить этот бардак, да пока всё без толку.

– Почему?

– Без комментариев.

– Нынешний директор Даулет Досбатыров не захотел затрагивать тему, связанную с уходом из цирка клоунов Карима и Мурата Мутургановых.

– Я тоже не хочу о них вспоминать. Национального у них, похоже, вообще ничего не осталось. Костюмы – итальянские. Реприз достойных тоже не было. Унижали и оскорбляли нас вечно, грозились уволить если что.

– А нынешнее руководство полностью устраивает?

– Конечно. Сейчас совсем другое дело. Даулет – наш человек. На манеже с двух с половиной лет...

БЕЗ КЛОУНАДЫ

– Вы не представляете, в каком состоянии находился наш цирк, – сказал журналистам Мурат Мутурганов, ушедший из цирка в октябре прошлого года «по собственному желанию». – Я болею цирком и готов умереть за него. Там огромный молодёжный потенциал, но всё это гасится изнутри. К примеру, молодой артист репетирует какой-либо новый номер, а старый подходит к нему и говорит: пока я здесь, никто это исполнять не будет! Конечно, их можно понять, у нас ведь мужчины в 63 года на пенсию выходят. Вот они и боятся за свои места. Не хотят оказаться на улице без работы. Каждый год Цирковой колледж выпускает артистов – и куда они идут? Жонглёры – в бармены, акробаты – в ночные клубы вышибалами. Дорога в цирк перед большинством выпускников закрыта, штат же не резиновый. Свободных мест нет. Все заняты людьми, которые порой уже выбились из сил, не могут работать, но держатся, потому что, если уйдут из цирка, то пропадут. По-человечески всё это объяснимо, людей жалко, до пенсии им ещё далеко. Но и цирк жалко. На месте приходится топтаться. Я не смог так жить, потому ушёл.

В алматинском Цирковом колледже я тоже побывал на прошлой неделе, пообщался со студентами, преподавателями, руководством... Впечатление от разговора и увиденного в аудиториях, в общем, осталось неплохое, но и здесь пока нерешённых вопросов больше, чем решённых. К примеру, в колледже до сих пор нет своего общежития и спортзала. Не хватает мест в аудиториях, очень низкая зарплата у преподавательского состава..

– Сейчас мы работаем над тем, чтобы в дипломах наших выпускников к записи: «Артист цирка» через запятую была добавлена ещё одна очень важная деталь – «Руководитель самодеятельного циркового коллектива», – говорит заместитель директора по учебной работе Роза Акмамбетова. – Это позволит ребятам, к примеру, в сельской местности найти для себя достойную работу – открывать цирковые студии. Работать с подростками, создавать что-то своё.

– И когда эта важная запись может появиться в дипломах ваших выпускников?

– Надеюсь, уже скоро.

Разговор со студентами был, скорее, эмоциональным, нежели деловым. Все горели желанием выступать на манеже и совсем не хотели говорить о каких-то житейских проблемах. Четверокурсник Никита Шепелев уже выступает в Алматинском цирке – жонглирует на лестнице. Причём делает это так мастерски, что ему завидуют по-доброму даже жонглёры со стажем.

За кулисами цирка тоже удалось побывать. Здесь, как говорится, всё разложено «по полочкам» и под контролем вечного инспектора манежа Николая Маркина. Хотя «цирковой пыли» и здесь с избытком.

Николай Маркин

– О недостатках говорить не стану, не вижу смысла, – встречает меня Николай Андреевич, а вот о нашем цирковом колледже хотел бы несколько слов сказать. Он на третьем месте котируется после Московского и Киевского. Конкурс на одно место здесь 10-15 человек. Естественно, идёт жёсткий отбор, поступают лучшие из лучших.

– И куда идут молодые циркачи после окончания колледжа?

– Во-первых, не циркачи, а артисты цирка. Во-вторых, естественно, трудоустраиваем в наш Алматинский цирк.

– Всех десятерых?

– Для ребят у нас есть ещё Шымкентский цирк и Карагандинский. В Астане артистический состав меньше, но 80% наших выпускников там в труппе.

– Николай Андреевич, вам для полного счастья чего сейчас не хватает?

– Молодости и здоровья. Такого, чтобы снова под купол к воздушным гимнастам... Вся моя жизнь без остатка связана с цирком.

– А коллегам вашим что пожелаете в канун 45-летнего юбилея Казахского государственного цирка?

– Работы всем побольше, страданий поменьше. Зрителей благодарных и чтобы нас ни в коем случае не передали в частные руки. Думаю, нынешний директор, хоть и молод, но этого не допустит.

После кулис, конюшни и клетки с медведем возвращаюсь в директорский кабинет ставить точку в интервью с Даулетом Дос­батыровым. Там очередная проверка из городского акимата. На столе – горы бумаг с отчётами и планами на ближайшую перспективу. Времени на заключительные вопросы и ответы не оставалось совсем.

– Нашу династию основал мой отец Курмангали Досбатыров, заслуженный деятель искусств Казахстана, доцент Академии искусств им. Жургенова, – итожит разговор Даулет. – Я продолжатель во втором поколении. Так же, как и мои сёстры Алия и Мадина. 18 августа прошлого года у меня родился сын. Назвали его в честь первого гимнаста в мире – Данатом. Надеюсь, что он тоже станет артистом цирка. Я счастливый человек. И у меня есть половинка – Фариза. Моя красавица-жена, которую я очень долго искал по свету. И любимая работа. Потому со всеми проблемами мы обязательно справимся.

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter