Не зная о секретах киношной братии, почему-то считал, что съёмки этого фильма проходили где-то на Алтае. Уж больно дивные места. В шукшинских Сростках или у нас в Шемонаихе, в Восточном Казахстане. Есть дополнительные причины так думать. О них чуть ниже.

Популярный тележурналист Малахов одну из своих программ на днях (ноябрь, 2013) посвятил 40-летию фильма «Тени исчезают в полдень». Это один из первых, если не первый, советских сериалов. Помнится, в одночасье пустели улицы городов и сёл, вся страна ждала очередную серию.

В фильме события происходят на фоне излучин рек, сопок, утёсов и прочей красоты. Оказывается, съёмки проходили на реке Исеть, близ Екатеринбурга. Выяснилось это из телепрограммы.

А вот в студии не уделили внимания Анатолию Иванову (1928–1999), по чьему роману – эпопее и авторской экранизации снималась картина. Иванов – мало того именитый писатель, Герой Социалистического Труда, классик литературы. Он наш земляк. Шемонаихинский. Закончил факультет журналистики КазГУ. А жена-казашка. Авторов телепрограммы это явно не интересовало.

В Шемонаихе Анатолия Иванова чтят. Сохранился дом, где родился. Есть памятник, установленный в 2009 году одному из главных персонажей его романа – Марии Вороновой. Шестиметровая скульптура одухотворённой женщины на въезде, на сопке. Над рекой Уба – одной из красивейших в мире рек. Марьин утёс как бы считается визитной карточкой Шемонаихи и одноимённого района. В программе Малахова был показан также утёс, с естественным памятником на нём – одинокой стройной березой, но уже на Волге.

Вот такова сила писательского влияния. А воображение потомков не имеет границ. Важно, чтобы запало в душу. И тогда олицетворяешь места и героев гениального произведения со своей малой родиной. В этом ничего предосудительного нет. Наоборот, подобные факты дают пищу для размышлений и способствуют единству людей.

Я думаю о другом. О любви двух казгушников – Анатолия, бравого молодого тогда журналиста, и Гулгасыл, из знаменитой, по сути, дворянской семьи Бекметовых в Каркаралинске. Этой любви посвящены, по сути, и «Тени…», и «Вечный зов» Иванова.

…На этой божественной земле немало утёсов. Они, как память поколений, становятся местом паломничества и, превращаясь в легенды, объединяют сердца.

На Марьином утёсе в Шемонаихе много цветов. Особенно осенью. Пора свадеб. Место это – символ любви и верности, в чём клянутся друг другу молодые.

…Мария, дочь Егора, и Дударай. Анатолий Иванов и княжна Гулгасыл Бекметова… Любовь зарождает и песни, и книги. И получает в ответ утёсы от потомков.

…Все цветы однажды увядают.

Остаётся память.

РУССКИЙ МАРШ

Иногда важно не лезть в политику. Но профессия журналиста в любом случае связана с ней. Ещё Ленин это напророчил.

А думы такие. Убили сына друга-казаха, жившего в Москве. Национализм, антисемитизм и ксенофобия буквально у порога. Не могу не думать об этом ещё и потому, что в своё время получил классическое российское образование. В Ленинграде. И память меня туда тянет.

Но разгул национализма (не иначе, как фашизмом не назвать) в России сегодня пугает.

Лозунги дня её действительности: «Россия – для русских! Русским – русская власть!», «Русский порядок на русской земле!» стали обыденными. Идут уже погромы. И убийства лиц неславянской внешности…

Помнят многие с советских лет фильм Михаила Ромма « Обыкновенный фашизм». Классика документалистики. Собраны воедино с должным закадровым комментарием «прелести» коричневой чумы: еврейское гетто, концентрационные лагеря, факельные шествия, публичные костры из книг и тому подобные зверства времен Второй мировой войны.

Всё это забыто нынче. Национализм в России процветает. И, увы, легализован. Как узнать неофашиста? Внешне это так: бритые головы, подбритые виски, хорошо выбритые борцовские шеи. Кое у кого посредине бритой головы оставлена полоска волос. Камуфляж примерно одинаков. Чёрные куртки. Чёрные тренировочные штаны с белым лампасом. Высокие шнурованные чёрные ботинки. Или сапоги. Бекеши с серебряным черепом. Вариации есть, но непременно с чёрным цветом.

Появились десятки националистических движений. Только в Москве этнополитическое объединение «Русские», «Славянская сила», «Национально-демократическая партия», «Национальная социалистическая инициатива», лимоновцы, скинхеды и прочее и прочее. Объединяет их лжепатриотизм и человеконенавистничество. А лидеры их сегодня на слуху: Белов, Дёмушкин, Авдюшенков, Ермолаев, Крылов, Тор, Бобров, Лимонов, Навальный…

В последнем ноябрьском «Русском марше», в День народного единства, в Москве все они шли одной колонной. Обвешанные транспарантами, салютующие в нацистском приветствии, бравирующие под истерию, гогот и хохот, кличи и крики. Распевающие самодельные гимны «А ну-ка, а ну-ка, у… отсюда! Россия для русских, Москва для москвичей!»

Корреспондент одной из московских газет в своём репортаже не без боли отмечает: «… мимо меня картина нордического героя с топором в руках, плывут две мрачные рожи в чёрных очках с подписью «heroesforever», но главное не это. Главное – самоназвание огромными буквами «Национал – социализм», цифра 88 и написанное под ней издевательское «Каждому – своё …»

Запрещённая фашистская символика в России теперь в моде.

В 1977 году во время вояжа по Восточной Германии (тогда ГДР) на воротах Бухенвальда близ Веймара я увидел именно эту надпись: «Jedemdasseine».

А за двести километров от Москвы, в Тульской области, поразила могила Льва Толстого. В годы войны здесь шли тяжёлые бои. А могила – простой холм земли без ограды и надписи.

Трудно юнцам, непросвещённому уму делать должные акценты в фактах былого. Надпись на чём-то или её отсутствие – для осмысления этого надо напрягаться. Хоть малость.

Поражает другое. О фашизме, как явлении, представление у них, юнцов, – ноль. О чём можно говорить, коль книги сегодня не в цене, а по «голубому ящику» – сплошное насилие и кровь. Не мешало бы общенациональным каналам России демонстрировать время от времени фильм Ромма. Для назидания. Но и для просвещения, оказывается, тоже…

Пожары и соседей касаются. Всех нас. Хотя россиян – прежде всего. Живущие в одном доме Татарстан, Башкортостан, Калмыкия, Тува, Северный Кавказ, Якутия (Саха) – они тоже в графе «инородцы и иноверцы», с которыми церемониться не надо. А что с мигрантами из Азии и с нами, остальными, далее будет?

С пророчествами Бжезинского знакомство, увы, запоздалое. Состоявшихся жертв уже не вернуть.

Но ведь ещё не вечер. И зло надо вырывать, как гнилой зуб.

…Любая раскачиваемая лодка в конечном счёте тонет.

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter