Все мы знаем, что в этом случае кроме прочих негативных последствий возникает ещё и проблема оценки размера ущерба, причинённого потерпевшей стороне. При урегулировании этого вопроса возникает немало бюрократических препон, нередко используются какие-то мошеннические схемы. Именно поэтому был инициирован новый закон, регулирующий отношения между страховщиками и страхователями, который вступил в силу с января этого года. Теперь оценку ущерба будет проводить не тот или иной независимый оценщик, а непосредственно представитель страховой компании.

Считается, что это позволит исключить конфликт интересов между страховой компанией и независимыми оценщиками, так считают в Ассоциации страховщиков.

Чтобы прояснить неясные и скандальные моменты взаимоотношений между страховщиками, владельцами автомобилей и независимыми оценщиками, я пригласила в студию совсем уж независимого эксперта в сфере страхования, до недавнего времени являвшегося страховым омбудсменом – Виталия Верёвкина. Он, кстати, и был инициатором разработки нового закона.

Визитка гостя


Виталий Верёвкин

В 1997 году окончил Высшую школу права "Адилет" по специальности "правоведение".

Начал трудовую деятельность в области страхования в 1998 году в АО "СК Пана иншуранс", с 1999 по 2000 год занимал должность начальника юридического отдела в АО "ЦАСО", с 2000 по 2007 год работал в группе компаний Resmi и АО "БТА Банк", где занимал должности от юриста до заместителя председателя правления. 

С 2007 стал первым страховым омбудсменом на территории СНГ. За период деятельности им рассмотрено более полутора тысяч споров в области обязательного и добровольного страхования.

Член международной сети финансовых омбудсменов International Network of Financial Services Ombudsman Schemes (INFO Network).


- Когда случается авария, то есть дорожно-транспортное происшествие, вступают во взаимодействие множество сторон. В том числе и страховые компании. Вы говорили: новый закон приведёт к тому, что, скорее всего, будет потеряно доверие к страховому рынку в принципе. Так как страховые компании сами будут оценивать ущерб и не согласных с оценкой будут отсылать в суд, так?

- Я сказал, что та норма, которая была принята в новом законе, является неправильной. Но это не значит, что на рынке не будет или нет страховщиков, готовых работать правильно, адекватно, ориентированных на клиента страховых компаний, которые будут вместе с клиентом считать и обосновывать.

Так что вполне может быть, что эта ситуация подстегнёт к развитию в этой сфере настоящего сервиса. И я знаю немало представителей управления страховых компаний, которые очень сильно ждали нового закона. И говорили: как только внесут изменения в закон, мы начнём внедрять у себя систему расчёта на месте, в офисе страховой компании. Чтобы человек не ходил туда-сюда, не посещал различных оценщиков, не тратил время и ресурсы на дорогу. А может, мы просто возьмём у него машину и отремонтируем её. Ведь сейчас конкурировать становится всё сложней и сложней.

- В чём же все-таки заключается конфликт между страхователями и оценщиками. Для чего введены эти новшества в законе?

- В соответствии со старой редакцией закона об обязательном страховании гражданско-правовой ответственности была следующая схема: страхователь – выгодоприобретатель. Потерпевший мог обратиться к любому оценщику и получить отчёт об оценке. Выгодоприобретатель – это тот человек, который получает страховую выгоду. Обычно это бывает потерпевший, то лицо имущественным интересам которого был причинён ущерб вследствие транспортного происшествия.

- Потерпевший у вас квалифицируется как выгодополучатель?

- Выгодоприобретатель, да. Согласно законодательству есть такое понятие, хотя на самом деле, вы совершенно правы, и я с вами соглашусь, что слово, скажем так, немножко неуместное в контексте нормативных актов. То есть он получатель страховой выплаты или там чего-то ещё, но это не выгода. Человек от страхования выгоду априори приобретать не может.

- То есть в страховании выгоду априори получить невозможно?

- Вообще-то возможно, но за это предусмотрены соответствующие санкции в виде статей Уголовного кодекса, применяемых, в зависимости от тяжести деяний, способствовавших приобретению выгоды от страхового случая. Поэтому есть определённое наказание, если вы вдруг получите выгоду. Это называется "мошеннические действия".

- Вот как раз про характер мошеннических действий, которые привели к изменению в этом законодательстве, о чём там конкретно говорится, кто кого обманывал?

- Знаете, давайте начнём с того, что, по большому счёту, наверное, никто никого. Да, были факты, они были в некоторых случаях. Впрочем, их могло быть довольно-таки много, и они были вопиющи. Так вот, когда эти явления начали нарастать и приобретать системный характер, приобретать какие-то большие размеры, конечно, это стало возмущать практически всех. Ну кому понравится, когда к вам приходит человек и говорит: вот вам отчёт об оценке ущерба. И он для вас является обязательным. Пожалуйста, будьте добры, его оплатите. И даже, может быть, там и смысла не было смотреть на то, что написано в самом отчёте. Можно было посмотреть только конечную сумму. Но ведь страховщик отвечает за свои резервы, за те деньги, которые он аккумулирует, размещает, приумножает в виде страховых резервов. Аккумулирует для страховых выплат добросовестным выгодоприобретателям-потерпевшим.

И когда определённые круги начинают просто эти деньги "вытаскивать", то, конечно, это возмущало страховщиков. Да, это было неправильно.

- Самый вопиющий случай?

- Ну, самый вопиющий случай, когда один оценщик назначил десять рабочих часов, каждый час из которых стоит порядка 7 тысяч тенге, для замены пластиковой детали в салоне автомобиля. На замену которой предусмотрен норматив – буквально секунд 10.

- То есть 70 тысяч за 10 секунд работы?

- Это один из примеров, который я назвал навскидку, без особой подготовки. Документы у меня есть, я могу подтвердить свои слова любым "бумажным носителем".

- Это обман на деньги?

- Конечно, это всё было на деньги, положить себе в карман побольше – это первая причина. Страховщик же выплачивает деньги. Естественно, что товар страховщика – деньги, выплачиваемые при страховом случае. Вторая причина подобных разводов может быть такой. В гражданском праве есть принципы равноправия сторон и есть тоже принцип созидательности. Если в случае спора, а когда речь идёт о деньгах и их количестве, то, как правило, возникает спор: кому-то мало, кому-то много, какая-то сторона лишена возможности оспаривать какое-то доказательство, то здесь – нарушение принципов и основ гражданского права.

- Страховая компания, когда берёт в работу эти документы об оценке, не соглашается с этой оценкой и оспаривает её?

- Конечно, страховщики были несогласны. Но при этом они с недобросовестным человеком, который принес отчёты, с недобросовестным оценщиком ничего не могли сделать. И это было одной из причин того, чтобы был изменен закон. И я был инициатором этих изменений. И начал эту работу довольно давно, несколько лет назад. Это моя идея, при этом я и активно принимал участие в её разработке. Но почему я это делал? Я ничего не скрываю, тут секретов быть не может и не должно. Во время работы страховым омбудсменом определённые недобросовестные круги меня начали вовлекать в преступные схемы, когда они просто приходили и говорили: вот вам оценка, мы даже к страховщику не пойдём. Или: он нам не платит.

Мы, мол, знаем, что вы заставите его заплатить, потому что по закону это обязательно. И, пожалуйста, вот мы через вас очень хорошо будем прокатывать свои схемы. Господа, извините, но это было неправильно. Но чтобы бороться с этим, нужно было внести соответствующие изменения и дополнения в законы. Наверное, можно было бы обойтись и без них. Но для этого потребовалось слишком много усилий положить.

- Когда к вам приходили и говорили, что мы не будем обращаться к кому-то ещё, а вот вы заставите выплатить, имелось ли в виду, что омбудсмен имеет право надавить на страховые компании?

- Нет, омбудсмен принимает решение согласно закону. А в законе написано, что оценка является обязательной для страховщика, так что вот вам закон, а вот – омбудсмен. Конечно, впрямую мне так никто не говорил, но ведь изначально стратегия получения этих денег от страховщика была такой.

- Но логика-то в этом есть: обратиться сразу к вам, чем идти ещё куда-то…

- Конечно, зачем тратить деньги в суде ещё на какие-то споры, платить госпошлину, расходовать время на походы в суд. Когда можно было это решить довольно-таки быстро.

- Ну и вы отказались?

- Я не то чтобы отказался, я понимал, что нужно вносить изменения в действующее законодательство однозначно. Большим препятствием для развития страхового сектора в целом по стране является отсутствие логики урегулирования убытков, и это третья, главная, причина, по которой внесли изменения в закон. Ведь при исполнении условий регулирования страхового случая это некие обязательные процедуры, которые совершают обе стороны. И страховщик, и потерпевший, который называется "выгодоприобретателем", для того чтобы получить возмещение вреда у страховой компании, чтобы вы получили деньги на карточку или наличными, должны быть совершены определённые логические, последовательные действия. Я вам скажу сразу, что мы не добились всего того, чего я хотел добиться, и что было бы правильно.

- Процедура должна быть соблюдена, и в этой процедуре задействуют суд?

- В этой процедуре пока не задействован суд. Мы сейчас говорим об отношениях между страховщиком и человеком, который будет получать страховую выплату. Вы, когда смотрите товар в магазине, вы ведь имеете право получить полную информацию о нём. Но когда страховщик платит вам за ущерб – будьте добры, продемонстрируйте ему этот самый ущерб – за что он платит, логично же?

- Думаю, да.

- Справедливо? Дайте страховщику возможность проанализировать верность ваших подсчётов и с вами договориться о той сумме, которую вы хотите получить. Возможно, получите деньгами. Либо вы можете не получать всю сумму, а может быть, страховщик предложит вам возместить ущерб в натуральной форме. То есть отремонтировать машину или предоставить другую машину, тождественную уничтоженной. Это справедливо и логично.

- Логично, по крайней мере. Про справедливость ничего не могу сказать, но звучит логично.

- Звучит логично, соответственно вот и в этой статье я хотел сформировать логический, последовательный порядок взаимоотношений и действий сторон при урегулировании страхового случая. Кто что делает, для того чтобы получить максимально быстро адекватную и справедливую сумму страховой выплаты. И это важно было по одной простой причине, что обязательное страхование гражданско-правовой ответственности – это самый массовый вид страхования. Используя прозрачный, справедливый, нормальный механизм, человек начнёт доверять индустрии страхового рынка. И пользоваться услугами страхования. Вот это была главная цель нововведений.

Но тот закон, который мы получили из Парламента, свидетельствует, что я этой цели не достиг. Не знаю почему, определёнными людьми была изменена та редакция, которая была ранее согласована с представителями страхового рынка, и которая была согласована в рабочей группе Мажилиса.

- Скажите пожалуйста, что именно вы закладывали, что исключили, чего нет в этом законе из ваших предложений?

- Если честно, я называю нынешнюю статью, регулирующую страховую сферу "юридическим недоразумением". И дефиниции хромают, и нет той логики, которую мы хотели заложить. Есть просто некий отдельный набор каких-то требований.

Исключили процедуру действий сторон, а ведь оценка – результат этих действий. Хочешь получить страховую выплату – приди к страховщику, напиши заявление, дай возможность ему осмотреть, и совместно с тобой согласовать размер убытков. Если не согласен, ты можешь прийти к оценщику, оценить, предоставить соответствующие доказательства. Нет такой процедуры. Вот и получилось некое недоразумение. Если говорить честно, то страховщик сейчас не может отказать страхователям. Это означает, что завтра или уже начиная с сегодняшнего дня страховщики будут узнавать о страховых случаях в судах.

Исходя из исковых заявлений, из-за отсутствия процедуры и из-за отсутствия жестких требований по действиям сторон при урегулировании страхового случая, они получат кучу мошеннических действий. Причём всё это осуществляется очень просто.

Берутся документы, оценивается машина. Может быть, даже не существующая вообще или с несуществующими повреждениями, либо она продаётся, уничтожается, ремонтируется – неважно, имеется ли соответствующая оценка, документы о транспортном происшествии… Просто "выгодоискатели" сразу же подают в суд. Всё это – реально работающий канал для не совсем чистых на руку людей. А барьера этому – в виде вот этой процедуры последовательных действий – в действующем законе нет.

- А что есть?

- Есть такой вариант. Если страховщик оценил, а ты не согласен – иди куда угодно. Иди в суд. Поверьте мне, это самая дурацкая фраза, которая вообще могла появиться в данном законе.

Я считаю, что те люди, кто принимал данную статью, как минимум её не читали.

Ведь что получается? Страховщик определил сумму: пускай даже там 400, 200, 300 тысяч тенге выплатить ущерб. Вы не согласны. Куда пойдёте защищать свои права? По новому закону – в суд.

Вам нужно будет нанять какого-то юриста, адвоката. Не каждый ведь из нас может взять и написать исковое заявление. Не каждый из нас может представлять свою позицию в суде. Но реформа конкретно отсылает в суд. Что произойдёт здесь? А произойдёт страшная вещь. Человек, который не сможет защитить свои права и доказать размер убытков, из-за того что у него нет просто экономического смысла нанять нормального юриста и защитить себя, разочаруется не только в каждом конкретном страховщике, но и страховании в целом. И в системе, и в государстве, которое не обеспечит ему осуществления и защиты его прав.

- Иными словами, инициируя вот эту процедуру, в которой были учтены интересы всех сторон, вы говорите, что итоговый вариант закона, который был подписан, не соответствует тому, что вы инициировали…

- Мало того, что тот вариант, который инициировал я, который был согласован с рынком, он был ещё и проведён в Мажилисе в рабочей группе, под роспись принят был. И я не знаю, почему он исчез из той рабочей группы, перешёл в другую, и почему норма перешла в такую вот извращенную форму.

- Извращением вы называете то, что есть в новом законе? Какими будут теперь действия с момента ДТП у всех его участников?

- Произошло ДТП, потерпевший получает соответствующие документы из дорожной полиции. И, как правило, из административного суда приходят в страховую компанию, обращаются.

Вот, говорят, произошло транспортное происшествие. Страховщик осуществляет расчёт суммы убытка, и предоставляется соответствующий расчёт на ознакомление потерпевшему. В случае, если ты не согласен (дальше логика начинает обрываться) – иди в суд.

- Страховым компаниям передали функцию – расчёт убытка. В силу того, что было много мошеннических схем в оценке. А теперь получается, что сама страховая компания будет определять сумму, которую надо будет выплатить тому, кто пострадал в аварии. Но ведь самой страховой компании выгодно же оценить ущерб по минимуму?

- Знаете, я с вами соглашусь: конечно, если исходить из самого, наверное, главного принципа, который движет многими из нас. Человеческая алчность – она была, есть и будет. Как вы говорите, естественно, страховщик захочет посчитать ущерб поменьше. Мне всё время задают этот вопрос и говорят: вот, все теперь будут считать меньше сумму ущерба. Но давайте рассуждать так. До той редакции у многих страховщиков были соответствующие договоры с некими оценочными компаниями, которые производили расчёты для страховщиков. Имелась определённая договорённость, и это тенденция последних трёх с половиной лет.

Три с половиной года назад я, работая страховым омбудсманом, не видел особых споров.

На практике бывало, когда человек приходил и говорил: мне не хватает выплат, – были такие заявления. Но при фактической проверке отчётов, с участием обеих сторон, оценщиков и с включением трёх консультантов, с включением предложения по ценам на запасные части и материалы и прочее, я не видел катастрофически заниженных оценок.

Были случаи такие, типичные и частые, когда человек, не понимая, что можно провести дополнительный осмотр повреждений, просто обращался и говорил: мне не хватает размеров возмещения. Может быть, ему у оценщиков не разъяснили или он сам что-то не понял или обиделся. Но логически выглядело так, что, в принципе, в последнее время отчёты были более-менее адекватными.

И я думаю, что эта практика тоже сохранится, но перекос-то пошёл в другую сторону. По факту это так.

- В какую другую сторону пошёл перекос?

- Необоснованное завышение…

- Вообще-то есть информация о том, что Национальный банк разрабатывает методику оценки, которой должны будут придерживаться страховые компании.

- Для меня это немножко странно как для юриста.

- И сказано, что расхождение мнений различных оценщиков с применением этой методики, которую даст Нацбанк, могут составлять не более 5 или 10%.

- Для меня как для юриста эта редакция странновата. Я принимал участие в этих рабочих группах. Это не есть разработка некоей системы оценки. Это скорее некий нормативный акт, который будет регулировать проведение оценки страховщиком. Во-первых, оценка есть вид деятельности, которая лицензируется министерством юстиции. И по результатам соответствующей работы – оценщиком. Оценщик составляет отчёт об оценке.

Но страховщик не работает оценщиком: он может только составить некую калькуляцию, смету.

Когда я эту вот фразу читаю, я понимаю, что сейчас фактически у нас будет три документа, регулирующих одно и то же. Есть методика центра судебной экспертизы для проведения судебно-автороведческой экспертизы. Есть методика Республиканской палаты оценщиков. Именно саморегулируемой отраслевой организации, которая, скажем так, регулирует деятельность по оценке. По оценке, конечно, возникают вопросы, а что страховая компания будет делать, по какому нормативно-правовому акту?

Это будет, я примерно понимаю и знаю, что там будет: просто отсылка к методике центра судебной экспертизы.

Возникает вопрос: а зачем тогда вот эту фразу вставляли в закон? Посмотрите, как фраза выстроена: "Оценка вреда, причинённого транспортному средству". Гражданское право не знает понятия "транспортное средство", гражданское право знает понятие "имущество".

- За семь месяцев прошлого года в Алматы произошло 3000 ДТП. Сколько человек обращается за такой период времени к страховым компаниям за выплатой? Либо же есть ли какая-то статистика, по которой видно, что то или иное количество людей предпочитает между собой регулировать взаимоотношения при конфликтной ситуации ДТП?

- Если говорить о том, какова частота обращения к страховщику, то я вам скажу так: наверное, до 80% аварий, сумма ущерба по которым, по соглашению сторон, не превышает 1000 долларов, предпочитают, скажем так, решать проблему на месте. Почему? Потому что они боятся, что административный суд лишит кого-то из них водительских прав. Законодательство у нас в стране такое, что предусматривает лишение прав за нарушения, повлёкшие транспортное происшествие. Это факт. Даже небольшая, мелкая царапина может повлечь за собой такие последствия. Если по цифрам – в 2014 году страховщики выплатили примерно 55 тысяч убытков, по делам, которые были оплачены. Между тем, в 2015 году объём выплат по обязательному страхованию составил порядка 17 млрд тенге.

- В завершение интервью – пять вопросов в режиме блиц.

Виталий, что бы вы в первую очередь застраховали, закинь вас судьба на три года на необитаемый остров?

- Я бы, наверное, ничего не застраховал. А застраховал бы в своё время расходы по моему поиску на необитаемом острове, если бы знал, что меня туда закинут.

- Какую опасность таит в себе большое наследство, если бы вы вдруг его получили?

- Ну, наверно, человеческая зависть, зависть окружающих.

- Если бы была возможность родиться заново кем бы вы хотели родиться мужчиной или женщиной?

- Я бы хотел быть тем же самым, кто я есть здесь и сейчас. Я ни секундочку не жалею о том, что происходило в моей жизни. Мужчиной, конечно!

- Если присмотреться к действиям власти по поддержанию курса тенге, как бы вы одним словом это охарактеризовали?

- Мне сложно сказать. Не знаю. По крайней мере, я не знаю человека, который бы был доволен тем, что меняется курс. И, скажем, никто не знает, когда это всё закончится, когда устаканится. Самое плохое, как говорил китайский философ, – это жить в эпоху перемен. А сейчас такие перемены, мы понимаем, что это перемены, по крайней мере, для гражданина несут одну тревогу. У меня такие ощущения – тревожно.

– Пятый – это традиционный вопрос в режиме блиц. Он касается гипотетической, теоретической ситуации. Вас пригласили на аудиенцию к Главе государства, и у вас есть ровно одна минута, чтобы обратиться к нему. Что бы вы ему сказали, начиная со слов: "Уважаемый господин Президент…"?

- Я бы сказал… Уважаемый господин Президент, хотелось бы, конечно, больше эффективности от работы государственных органов. Я как человек, сталкивающийся с различными способами управления, в разных областях, просил бы больше эффективности. И больше адекватности в принимаемых решениях. Яркий пример того – вот буквально, что я вам привёл немножко ранее – про этот закон.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter