– Сауат Мухаметбаевич, в последнее время КМГ привлекает пристальное внимание общественности. СМИ сообщают, что теперь в компании более 30 вице-президентов. Зачем вам больше 30 заместителей?

– Произошла подмена понятий. Да, мы ввели должности вице-президентов, но число топ-менеджеров сократилось.

Дело в том, что 30 июня 2016 года совет директоров КМГ утвердил Целевую операционную модель управления компании. В соответствии с нею внедрена промежуточная организационная структура, в которой были использованы названия должностей согласно международной корпоративной системе: исполнительный вице-президент, старший вице-президент, вице-президент.

Оргструктуры схожего типа используется во многих нефтегазовых компаниях, таких как ExxonMobil, Chevron, Eni, "Лукойл", "Башнефть", SOCAR.

При этом традиционные позиции заместителей председателя правления были упразднены. Число должностей управляющих директоров временно сохранено в промежуточной структуре на период около 2 месяцев до разработки целевых процессов по курируемым ими направлениям деятельности. Теперь по поводу моих заместителей. Должность "вице-президент" в данной корпоративной модели вовсе не означает, что это обязательно мой заместитель. Сегодня напрямую мне подчиняются 11 топ-менеджеров.

Если рассматривать эти должности по прежней номенклатуре, то в непосредственном подчинении первого руководителя КМГ находятся: четыре заместителя (это четыре исполнительных вице-президента) и один старший вице-президент, а также четыре управляющих директора (четыре вице-президента) и главы подразделений по управлению инвестициями и рисками и подразделения службы безопасности. Из них 7 руководителей являются членами правления, состав которого также сократился (с 10 до 8, включая меня). Все остальные позиции относятся к руководству второго и ниже уровня, где они находятся в прямом подчинении руководителей первого уровня, то есть подчиняются исполнительным вице-президентам и старшему вице-президенту по трансформации, которых я назвал ранее.

– Каково соотношение экспатов и граждан РК в топ-менеджменте компании?

– Из восьми членов правления КМГ только один является нерезидентом Казахстана – это старший вице-президент по трансформации Глеб Люксембург.

– Значит, новая оргструктура придумана не для того, чтобы трудоустроить родственников высокопоставленных лиц и бывших министров?

– Это не так. Оргструктура должна соответствовать поставленным целям. А люди должны соответствовать требованиям, предъявляемым к должности.

– Тогда с чем связаны преобразования КМГ, переход к новой операционной модели? Что приобретёт компания, станет ли она более эффективной, просто изменив оргструктуру?

– Оргструктура – это только вершина айсберга. Она лишь отражает более глубокие, более важные процессы, происходящие сейчас в КМГ. Внешние факторы, такие как падение цен на нефть, экономический кризис и другие оказывают негативное влияние на национальную нефтегазовую компанию. Чтобы успешно функционировать в новых условиях, требуются системные изменения.

С начала 2015 года мы реализуем программу масштабных преобразований, основанную на лучших мировых практиках и касающуюся всех уровней системы АО НК "КазМунайГаз". Были оценены текущее состояние, возможности и потенциал КМГ.

Сегодня "КазМунайГаз" фактически представляет собой холдинговую компанию, имеющую в своём составе субхолдинги – "Разведка Добыча "КазМунайГаз", "КазМунайГаз – переработка и маркетинг", "КазТрансГаз", "КазТрансОйл" и другие. Каждая из этих дочерних компаний работает в соответствии с собственной стратегией. Это неэффективный подход, так как стратегия по всей группе КМГ должна быть одна. Будет один корпоративный центр, и будут производственные единицы, которые будут продолжать выполнять производственные функции.

Концепция новой операционной модели предусматривает, что "КазМунайГаз" должен отказаться от модели портфельного инвестора, управляющего активами через советы директоров, и перейти к активному операционному управлению производственными активами. Операционная модель подразумевает усиление корпоративного центра КМГ и прямое управление дочерними и зависимыми организациями.

В результате трансформации корпоративный центр КМГ будет иметь прямое влияние на деятельность дочерних и зависимых компаний, оперативно принимать решения, влияющие на результаты. Все технические и коммерческие навыки группы в целом будут консолидированы в одной центре.

Горизонтальное и вертикальное слияние производственных компаний позволит упростить структуру управления КМГ.

Централизация, стандартизация и оптимизация обеспечивающих функций (бухгалтерия, управление активами, финансы, кадры, IT, юридические службы и т.д.) позволят снизить административные расходы на 20-25% в течение 2-3 лет.

– Какие субхолдинги будут поглощены? Когда это произойдёт?

– В рамках новой операционной модели меняется организационная структура и функционал подразделений. Идёт работа по сокращению уровней управления. Переход к новой операционной модели КМГ предполагает присоединение дочерних субхолдингов, в том числе ликвидацию АО "КазМунайГаз-Переработка Маркетинг" и АО "КазТрансГаз" с передачей функций управление в НК КМГ. АО "КазТрансОйл" как юридическое лицо будет выполнять сугубо транспортные функции. Административные функции КТО также будут переданы центральному аппарату КМГ.

Ряд обеспечивающих функций (информационные технологии, казначейство, бухгалтерский и налоговый отчёт) будет выведен в Общий центр обслуживания (ОЦО), процесс перевода планируется выполнить в 2017-2019 годах.

В результате АУП будет сокращен примерно на 20-25%. Хочу подчеркнуть, что сокращения рабочих специальностей и людей не предполагается. При этом на производственных активах КМГ по-прежнему действует мораторий на приём новых работников.

По предварительным оценкам, управленческие должности в группе компаний КМГ будут сокращены примерно на 40-50%.

– Исходя из ваших слов, можно понять, что у центрального аппарата КМГ будет больше работы – наверное, это потребует больше сотрудников. Насколько увеличится фонд оплаты труда центрального аппарата КМГ в результате реструктуризации?

– Расходы на оплату труда не станут больше, чем сейчас. Так, в результате присоединения работников АО "Казмунайгаз – переработка и маркетинг" ФОТ центрального аппарата КМГ вырос на 5%, но при этом на такую же сумму снижены расходы по ФОТ АО "Казмунайгаз – переработка и маркетинг", вследствие чего консолидированный объем ФОТ не изменился.

– Вы сказали о сокращениях. Какое количество людей планируется сократить?

– Хочу подчеркнуть, что производственный персонал сокращаться не будет. Сокращения коснутся только административно-управленческих работников.

Одновременно с поглощением субхолдингов будут упразднены их советы директоров, правления и, соответственно, сокращены руководящие и управленческие должности. Таким образом, планируется оптимизировать количество административно-управленческого персонала по всем субхолдингам, которые станут производственными компаниями.

За счёт применения единых стандартов и автоматизации процессов будет усилена роль корпоративного центра КМГ, оптимизируется численность административных работников, повысится производительность труда, сократятся уровни управления, что повысит скорость принятия и исполнения решений.

– Это крупные сокращения. Есть ли у сокращаемых шанс остаться в системе КМГ?

– Безусловно, сокращаемые работники субхолдингов будут в приоритетном порядке рассматриваться при заполнении вакантных позиций в группе компаний КМГ. Но займут они эти позиции только при условии, что будут соответствовать квалификационным требованиям, предъявляемым по этим должностям.

– "КазМунайГаз" сегодня – это корпорация-монстр, состоящая из более двухсот компаний. При этом производительность КМГ в разы ниже, чем, например, у схожих российских компаний. Как вы намерены решать эту проблему?

– Не секрет, что многие "дочки" и "внучки" КМГ осуществляют непрофильную деятельность, не имеющую отношения к нефтегазовой индустрии. Мы неоднократно обсуждали необходимость реструктуризации холдинга "КазМунайГаз" с нашим акционером "Самрук-Казына". Наша цель – создать достаточно простую, легко управляемую, мобильную структуру, не отягощённую множеством "дочек" и "внучек", которые стали для компании балластом.

В результате проведённой аналитической работы внутри КМГ, после переговоров с "Самрук-Казына" был утвержден список компаний, выставленных на приватизацию в рамках комплексного Плана приватизации, инициированного Правительством. Ранее планировалось выставить на продажу 27 активов КМГ, теперь в перспективе до 2020 года – более 70. Двадцать компаний КМГ стоимостью 18 млн евро уже переданы в конкурентную среду или реструктуризированы.

Основной резерв – это технологические новшества. Но приходится считаться с социальными последствиями.

– И ещё один вопрос. Наши коллеги опубликовали выдержки из акта проверки Генеральной прокуратуры, которая нашла ряд нарушений в КМГ. Какие меры приняло руководство КМГ по результатам этой проверки?

– Проверка была в 2014 году. Отдельные недостатки есть в любой работающей структуре. Мы очень серьёзно отнеслись к результатам проверки: были приняты необходимые меры по устранению выявленных недочётов.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter