Знаете, а мне жалко наших беглецов. Не дают им покоя! Одни их ищут, чтобы предать суду. Другие хотят, чтобы они вернули деньги. Третьи пытаются за их счёт пропиариться и напомнить о своих проблемах. Четвёртые стремятся решить политические задачи. В общем, как в старом анекдоте: «Я так вам доверяла, так надеялась на вас... А вы меня попросту использовали! – с горечью говорила туалетная бумага».

Не так давно Андрей Шухов, бывший казахстанский медиа-менеджер, ныне называющий сам себя «автор, запрещённый у себя на родине», опубликовал открытое письмо. Адресата он не называет по имени, а величает «мёртвым другом», но всем понятно, что речь идёт о Рахате Алиеве, ныне – Шоразе. В своём письме Андрей Иванович старательно намекает на то, что его друга давно взяли в оборот некие силы – спецслужбы или что-то вроде того: «Понятно же, что тебя используют в чужой игре… Надеюсь, ты хоть понимаешь, какие джеймсбонды за какие ниточки тебя дергают – казахские, австрийские, немецкие?»

«Письмо мёртвому другу» неожиданно вызвало интерес «на родине» – там, где автор, по его словам, запрещён, его обильно цитировали, правда, в основном интернет-издания. Письмо обсуждали, пытаясь понять, зачем г-н Шухов его написал. Основная версия: таким образом Андрей Иванович пытается решить какие-то свои проблемы. В общем-то, логично: если уж друг всё равно мёртв, то почему бы не воспользоваться его трупом, почему бы не исполнить на костях ритуальный танец пчелы, которая намерена вернуться в улей? Лично я сомневаюсь в том, что за последние годы Андрей Шухов стал настолько наивен. Да и достаточно ли у него ментального здоровья, чтобы задумать такую комбинацию? По моему скромному мнению, вышеназванное письмо вполне могло бы называться почти по Лопушанскому «Письмо мёртвого человека».

Но не в том суть. В главном обсуждавшие эпистолярный опыт Андрея Шухова правы, уловив основной тренд последнего времени: все хотят «наварить» на беглых олигархах хоть какие-то дивиденды, сколотить какой-никакой капиталец. Причём разброс интересов велик – от вполне материальной выгоды до неосязаемого «пиара».

С Рахатом Мухтаровичем мы вроде разобрались: его уже используют таинственные «джеймсбонды», да так, что другим мало что остаётся. Активно его пытались использовать наши оппозиционеры: помню, как некоторое время назад он не сходил с экрана «Ка плюс» и со страниц «Республики», «разоблачая режим» путём обнародования «страшных» фактов из жизни Ак Орды. На деле его разоблачения оказались ещё большей туфтой, чем знаменитые «чемоданы компромата» Андрея Руцкого, и потерявшие интерес журналисты вяло спрашивали его одно и то же, отрабатывая редакционный заказ. Сделать из «Рафинада» лидера оппозиции не удалось. Ибо, даже надев очки и перестав стричься, «Сладкий» не избавился от своей жуткой репутации и не стал вызывать больше доверия. Да и Загранбюро казахстанской оппозиции – чистокровные рэволюционэры, заигравшиеся в Герцена и Ленина одновременно, – не признали Алиева-Шораза, хотя и согласились с тем, что использовать его надо.

Активно его использовал и Мухтар Аблязов до тех пор, пока его самого не начали использовать. Процесс достиг своего апофеоза, когда Мухтара Кабуловича взяли французские жандармы, воплотив желание казахстанских коллег, молитвенно напевавших пожелание: «…чтобы он хорошо взлетел и крайне удачно сел где-нибудь в Париже, а там ещё немного – и Прованс». В Провансе его и повязали.

Что тут началось! Понятно, как один поднялись правозащитники. Им надо гранты отбивать, общественное мнение формировать, всячески имитировать бурную деятельность – тут всё ясно. Казахстанские оппозиционеры, написавшие сразу несколько петиций в адрес французского правительства, сделали это, во-первых, чтобы напомнить о себе, а во-вторых, из чувства самосохранения. Осуждать их за это не могу и не буду. А более всего понимаю Алию Турусбекову, жену Владимира Козлова – она-то переживает за мужа, сидящего в зоне, ибо ежели Муху не выпустят, «грев» перестанет поступать.

Но откуда появились общественные организации, призывающие Аблязова вернуть деньги, а Казахстан – простить воришку, ибо деньги пойдут на благое дело – купать инвалидов в Капчагае?! Стремление привлечь внимание к проблемам «афганцев» похвально, но не таким же способом! Эдак можно и Храпунова простить, и братьев Рыскалиевых, и многих других: мол, верните, что украли, мы вас судить не будем. И подать тем самым пример ещё не сбежавшим: смотрите, ребята, откладывайте процент, потом будете от нас откупаться.

Впрочем, я полагаю, на деньги Аблязова (точнее, это наши деньги, которые он спёр, но не будем занудствовать) претендентов много. Помимо Казахстана, это ещё и Россия, и Украина, и даже Швейцария с Австрией. Это государства, а есть ещё и отдельные субъекты: три британских банка – HSBC, Standard Chartered, RBS и Barclays – понесли ущерб на сумму 500 миллионов долларов. Восемь итальянских банков, включая Unicredit, Banca Монте деи Паски ди Сиена и Mediobanca, «попали» на 250 миллионов долларов. А ущерб французских банков BNP Paribas, Societe Generale, Credit Agricole и BPCE составил около 50 млн долларов. А ещё есть претензии у Credit Suisse, Commerzbank и Wells Fargo, но они пока цифр не называют.

В этой ситуации рассчитывать, что г-н Аблязов вернёт в Казахстан всё до копеечки, наивно. Ему впору уже задумываться об очерёдности материальной сатисфакции. Кстати, для Мухтара Кабуловича это характерно: сделать так, чтобы разные стороны спорили между собой, кто его первый накажет. Отбывая 40 суток во Франции, Аблязов ещё «должен» британскому правосудию 22 месяца, а уж на какую часть его свободного времени претендует Фемида России, Украины и Казахстана – вообще сказать трудно.

Кажется, только Италии от него ничего не нужно, кроме самого факта существования. Из промашки собственных органов внутренних дел итальянцы устроили такую бурю в стакане, что едва не произошел конституционный кризис. Но он таки не произошёл, и разочарованные депутаты примчались в Алматы, чтобы убедиться, что жена Аблязова не скована наручниками и не сидит за колючей проволокой. Но главная цель их визита – ещё раз напомнить своей стране, как Италия «облажалась», осуществив депортацию гражданки ЦАР и её дочери в Казахстан. Понятное дело: едва они успели запалить костёр борьбы с парламентским большинством, как он уже угас, и угольки едва тлеют.

И даже родимый финпол умудрился заработать очки на беглых «каторжниках», с блеском провернув операцию по аресту счетов Храпунова и Рыскалиевых в Швейцарии! Виктор Вячеславович с достоинством поздравил финансовую полицию с этим, потому что у него никаких счетов нет. Ну, этот ребус давно разгадан: ещё в «Берегись автомобиля» герой Папанова поставил своему зятю точный диагноз: «Ты живёшь по доверенности» и «Твой дом – турма!»

Кстати, поразительное совпадение: как только наша Тамара Алина заявила, что будет спрашивать о возвращении украденных капиталов на родину, финансовые полицейские торжественно доложили о прорыве в этом вопросе. Вы верите в такие совпадения? Нет? А жаль! Лично я – верю! Такая вера помогает мне сохранять остатки здравомыслия.

Нет, мне всё же невероятно жаль наших беглецов: они вынуждены терпеть лишения, скрываясь от правосудия и/или непрерывно доказывая свою честность, в то время как всякий имеет с них свой навар, даром что они сплошь – политические трупы. И я не исключение. Ведь сбацал эту колонку благодаря им, родимым! Жаль только, что такими темпами их будет становиться всё меньше и меньше: зачем сваливать с миллионами, если всё равно накроют – в трусах, заправляющим постель?

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter