После того как Владислав Челах отказался брать вину на себя и заявил через адвоката Серика Сарсенова, что в следственном изоляторе к нему «применялись пытки, чтобы выбить признательные показания», основная версия, естественно, стала рассыпатьзя на глазах как карточный домик. Если не рядовой Челах расстрелял своих сослуживцев и сжёг пограничную заставу, то кто на самом деле совершил это чудовищное злодеяние? Сколько вообще существует версий произошедшего и каковы из них следователи главной военной прокуратуры отрабатывают наиболее тщательно?

71 день прошёл с момента трагедии на «Арканкергене». И что?! До каких глубин смогли «докапаться» члены следственной группы на пути к правдивой информации по уголовному делу Челаха? Куда вообще ведут следы «Арканкергена»? В какие дебри?

Главный военный прокурор Ергали Мерзадинов, когда корреспондент «Мегаполиса» обратился к нему за свежим комментарием, через помощника сообщил, что «пока ему нечего добавить к тому, о чём он уже говорил ранее». По его мнению, Челах, несмотря на то, что от своих показаний отказался, всё равно остаётся главным подозреваемым. Но версии отрабатываются все, даже самые бредовые. Специалисты работают не покладая рук. Убеждает, что «надо набраться терпения и ещё немного подождать».

Одно очевидно. Драгоценное время упущено безвозвратно и восстановить истинную картину происшествия если и удастся, то с очень и очень большими потугами.

На участке Жаркентского пограничного отряда в период с 2009-2012 гг. задержано
60 нарушителей Государственной границы.
В 2009 году – 26 человек, в 2010 году – 10 человек, в 2011 году – 3 человека, в I полу-годии 2012 года – 21 человек. Задержано 536 нарушителей пограничного режима.

Или всё-таки имеется «некая параллельная опергруппа», которая под шумок проводит своё отдельное расследование? Возможно, обвиняемый Челах – лишь отвлекающий манёвр. И делается это главным сценаристом из спецслужбы для того, чтобы замешанные в трагедии другие возможные фигуранты дела Челаха успокоились, как-то расслабились и наделали кучу новых ошибок. Возможно, тогда наши компетентные органы выйдут на их след и схватят с поличным. Говорят же, что в посёлке Коныр местные жители видели «вооружённых лиц неопределённой национальности». Рассказывают, что незнакомцы просили еду у женщины, которая проживает в посёлке. Видели их и другие люди, как они по горам то спускались, то поднимались.

Реакция на «тревожный звонок» местных жителей со стороны правоохранительных органов последовала незамедлительно. В район посёлка направили вертолёты для прочёсывания местности. Всех жителей собрали в школе, объяснили, что, возможно, это и есть те самые бандиты, сбежавшие с «Арканкергена». Начался подворный обход. Жителям порекомендовали «убрать всю гражданскую одежду, если она сушится на улице, и обязательно быть начеку».

Первый пограничный борт прилетел на временный пост «Арканкерген» 30 мая во второй половине дня.

– Как только в 15.02 мне поступил приказ направить вертолёт на тот пост, минут через 40 мы уже там были, – рассказывает командир отдельной авиационной эскадрильи подполковник Ерболат Смагулов. – На борту находились представители Ушаралского пограничного отряда и военной полиции...

Получается, что с 15 часов 40 минут 30 мая 2012 года и начинается отсчёт времени с момента обнаружения «мёртвой заставы». Когда борт приземлился рядом с «Арканкергеном», солдатская казарма ещё горела.

– В первые минуты вообще не понятно было, что происходит, – продолжает Ерболат Смагулов. – Огонь, треск, дым... И ощущение было такое, что только-только здесь закончился самый что ни на есть настоящий бой...

МОЛЧАНИЕ – ЗОЛОТО

Распространяться первому встречному, что именно могло происходить на «Арканкергене» до трагедии, во время неё и после, ни рядовые пограничники, ни офицер­ский состав не имеют права – дали подписку о неразглашении. Даже рассуждать о том, что на «Арканкергене» могло произойти «из ряда вон», всем пограничникам рекомендовано исключительно «общими» словами.

В минувшую среду мне удалось побывать на одной из застав Жаркентского пограничного отряда Регионального управления «Шыгыс» и даже выйти на учебно-боевое задание с командиром отделения десантно-штурмовой мотоманевренной группы капитаном Айдыном Мутяновым. В «боевом активе» его группы не один десяток операций по поиску и задержанию реальных нарушителей Государственной границы.

Примерно за 7 дней до известных событий на «Арканкергене» пограничный наряд от поста «Казан-Куль» Жаркентского погранотряда во главе со старшим лейтенантом Абдыкалыковым задержал 15 нарушителей Государственной границы.

Айбек Сугирбеков

– При несении службы пограничным нарядом на линии Государственной границы были обнаружены следы людей, которые вели в сторону тыла, – рассказывает начальник Жаркентского погранотряда подполковник Айбек Сугирбеков. – Старший группы приказал поставить розыскную собаку на запаховый след и вести поиск... В результате умелых действий наших пограничников 15 граждан КНР были задержаны. На допросе все они утверждали, что перешли на нашу сторону с целью сбора лекарственных трав... Двое из них попытались скрыться, но служебная собака их быстро настигла. Были и другие случаи. Охрана Государственной границы – процесс непрерывный.

– Господин подполковник, происшествие на заставе «Арканкерген», скорее всего, внесло существенные коррективы в организацию пограничной службы в зоне вашей компетенции?

– Да нет. Мы как несли службу ответственно до событий на «Арканкергене», так и продолжаем это делать. У нас свои задачи и свои особенности по охране Госграницы. Система отработана чётко. Всё расписано по уставу. У нас каждый командир знает, как ему необходимо действовать в случае возникновения какой-либо ситуации и как управлять своими подчинёнными.

– Неужто вы, как начальник пограничного отряда, в каждом своём солдате уверены на все 100 процентов?

– В каждом солдате, конечно, не уверен. Я и родителям сказал после принятия военной присяги их детьми, что, как командир, я несу полную ответственность за их сыновей и обязан после окончания срочной службы вернуть их домой здоровыми и возмужавшими. Для этого у нас есть все условия. И контроль за солдатами срочной службы, за соблюдением ими распорядка дня в отряде осуществляется полный. Но как себя могут повести ребята на пограничных заставах, во многом зависит от домашнего воспитания. Там, где ребёнок получил достойное воспитание и к службе в армии хорошо приготовился, проблем обычно не возникает.

На прямой журналист­ский вопрос, «верит ли он – начальник Жаркентского погранотряда – в то, что рядовой Челах мог хладнокровно расстрелять 15 человек, а затем спокойно сесть обедать», Айбек Сугирбеков ответил дипломатично: мол, Челах, к счастью, не его подчинённый, и, что он его в глаза никогда не видел, потому пространно рассуждать о том, «мог или не мог 19-летний мальчишка убить так много людей», вообще не имеет никакого смысла. Так же, как и обсуждать действия или бездействия некоторых командиров и начальников.

– Сейчас наша главная задача – не гадать, кто и как это преступление совершил, а организовать работу таким образом, чтобы ничего подобного в погранслужбе не происходило. Давайте дождёмся окончания следствия. Пусть суд определит всех виновных. В нашем отряде состояние воинской дисциплины и правопорядка, а также морально-психологическое состояние личного состава удовлетворительное. Личный состав способен выполнить любую задачу по охране Государственной границы. Можете в этом убедиться сами, встретиться и поговорить с начальниками застав, рядовыми защитниками границы. Они сами вам расскажут, как в действительности проходит их служба.

От Жаркента до «Хоргоса» порядка 40 км. На вертолёте всего-то 15 минут лёта. Начальник заставы «Хоргос» капитан Данияр Кокбаев после окончания Института КНБ шесть лет уже на границе. За это время ему пришлось поменять несколько застав. О том, что произошло на «Арканкергене» и о самом Челахе, Данияр Кокбаев подробно говорить тоже не захотел.

– В своих подчинённых я уверен полностью, а про Челаха мне сказать абсолютно нечего. Не мой солдат.

– Сколько на вашей заставе солдат срочной службы?

– У меня сейчас более 25 срочников, и всех их я достаточно хорошо знаю. С каждым провожу индивидуальную работу. С ними я от подъёма до отбоя...

Данияр Кокбаев

Начальник заставы пока холост. Родом из Сарканда. О службе на границе мечтал с детства. Занимался спортом, со школьной скамьи готовил себя для службы в армии.

– Мне не сложно со своими подчинёнными на зарядку сбегать и в столовой с ними из одного котла поесть. Мы здесь на заставе как одна большая семья, только я командир, а они мои подчинённые.

– Данияр, не опасаетесь, что у кого-то из ваших подчинённых в какой-то момент может «съехать крыша» и тогда трагедии не избежать? Автоматы, как я вижу, за спиной у каждого. Не ждёте коварного удара в спину от своих? После «Арканкергена» не тянет оглянуться назад?

– Лично я пока ничего не опасаюсь. В подчинённых тоже уверен. Конечно, после того случая определённая работа была проведена, много было организовано встреч и бесед с руководством погранслужбы. Много было всяких проверок. Депутаты даже к нам приезжали. Интересовались абсолютно всем: как служба на границе идёт, как кормят солдат, где мы спим и как организован отдых. Одно могу сказать – в себе и своих подчинённых я не сомневаюсь, хотя, как говорится, в семье не без урода. Главное – что-то негативное заметить вовремя и соответствующие меры принять. Пока удаётся. И с родителями солдат я говорил не­однократно, приезжали они к нам на заставу. Звонят мне часто. Бывает, что просят пригласить к телефону сына. Зову, если тот не занят по службе. Стараюсь помогать.

После посещения современной пограничной заставы и бесед с пограничниками устоявшееся представление о погранслужбе, где основную роль в выслеживании нарушителя играл служебный пёс по кличке Алый, претерпело изменение. Понимаю, что времена легендарного Карацюпы давным-давно прошли, но, чтобы настолько в техническом плане пограничники продвинулись вперед, честно скажу, не ожидал.

В распоряжении начальника заставы – Пункт центрального наблюдения. На мониторах, установленных в просторной комнате, отчётливо видно, где именно происходит нарушение границы. Специальные техсредства, установленные по всему периметру, фиксируют абсолютно все передвижения и выдают на пульт дежурному «свежую информацию».

– Этот пункт здесь недавно открылся, – комментирует начальник заставы. – Конечно, теперь гораздо легче стало нарушителей выявлять. По сработке системы идёт мгновенный доклад, и сразу же поднимается тревожная группа…

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter