На вопрос: «Откуда прибыль?» – председатель ТОО «Даулет-Бекет» Садык Даулетов может смело отвечать: «От верблюда!» Больше десяти лет это предприятие занимается разведением верблюдов и обеспечивает казахстанцев молоком и мясом.

Не выдоишь за день –  устанет рука!

Стадо этих животных вызывает двоякое чувство. С одной стороны, восхищаешься «кораблями пустыни», с другой стороны, никогда не угадаешь, чем закончится встреча: затопчут или заплюют. Но, к счастью, не произошло ни того ни другого. Верблюдицы дружной толпой прошли мимо и даже не обратили на нас никакого внимания. Видимо, были слишком заняты зазыванием детей. Верблюжата в ответ на их призывы с радостью бежали навстречу мамашам. Только один из детёнышей, широко расставив ноги, стоял в стороне и тихо постанывал.

– Какой хорошенький, – сказала я и погладила его по кучерявой шёрстке.

Но тут показалась верблюдица. Она вытянула вперёд шею, выпучила глаза и направилась прямо ко мне. Горбунья шипела, хрипела и всем своим видом показывала, что верблюжонок отнюдь не сирота.

– Ладно, ладно. Никто и не думал обижать твоего ребёнка.

Немного поворчав, верблюдица подошла к малышу, и верблюжонок тотчас присосался к её вымени.

– Вообще-то они спокойные и ласковые, – заступился за животных Садык Даулетов.

– Плюются?

– В основном двугорбые. Дромедары (одногорбые) редко так выражают своё отношение к окружающим.

– Сколько их у вас?

– На сегодня 4 300 голов. А начинал я с одного верблюда. В 90-м году приехал из Каракалпакстана на историческую родину. Было трудно, на работу не мог устроиться. Торговал мантами на барахолке. Но как-то родители сказали: «Сын, если есть возможность, купи верблюда. В Алматы есть всё, кроме верблюжьего молока». Скопили с женой деньги и в 1996-м купили первого верблюда. По тем временам на эти средства можно было 2-3 коровы купить. Но на верблюжье молоко был спрос. К нам приходили соседи, друзья, друзья друзей, просили продать шубат, и мы поняли, что нужно расширяться. Через три года у нас стало 5 верблюдов, содержать большее количество не позволял земельный участок (6 соток). Мы написали письмо акиму Илийского района Алматинской области Николаю Логутову, и он дал нам в аренду почти 12 тысяч га. Когда наше предприятие перебралось в село Акши, у нас уже было 30 голов. Позже мы взяли кредит и купили ещё 50 голов. Были суровые зимы, жаркие лета, но мы трудились. В то время было много бесхозных зданий. Вложили в них деньги, открыли магазины и завод по переработке молока…

Нe шубат, но тоже вкусно.

После того как верблюжата насытились, доярки принялись за работу. Накинув на спину верблюдице вёдра, связанные верёвкой, они ловко перебирали руками, и белые струйки молока звонко ударили в эмалированную тару. Остальные животные, поджав под себя ноги, уселись на хорошо утоптанный навоз. Повезло, что не было дождя – иначе бы увязли в этой субстанции по самые уши. Верблюдица, которую сдаивали работницы, стояла смирно и с чувством глубокого удовлетворения жевала жвачку.

– Вы их только вручную доите?

– Да, вручную. Хочется, конечно, иметь современную ферму с доильными аппаратами. Наверное, так и будет, но только через годик-другой. Новую технологию доения нужно опробовать на молодых животных. У нас, в основном, взрослые верблюды. Они живут по 40-45 лет и к новым методам относятся с опаской. Попробуй присоединить к ним доильный агрегат – никакого молока не получишь. Приходится доить их дедовским способом. Но мы не жалуемся. Привыкли…

Понаблюдав за доярками, я вызвалась сама «подёргать за вымя». Вроде бы всё делала так, как учила профессионалка: и поглаживала, и массировала, и уговаривала. Но горбатая никак не хотела давать мне молоко. Струйки у меня получались тонкие, жидкие, и таким манером мне пришлось бы доить верблюдицу сутки. Или даже неделю. И вот ещё один момент. Как бы доярки не мыли вымя, следы навоза все равно там остаются. Поэтому после дойки мои руки приобрели характерный цвет и запах.

– И сколько молока вы надаиваете?

– Где-то 2,5 тонны в сутки.

– Со сбытом никаких проблем нет?

– Нет. Мы всё продаём без остатка. Конкуренции на этом рынке нет. Раньше верблюдоводством занималась ещё одна компания – ТОО «Agro Mercur КХ». Но мы её выкупили.

– У них бизнес не пошёл?

Разливной, непастеризованный.

– Они переключились на другие предприятия. Животные у них стойловые, а верблюдов по 6 часов в день пасти надо. Они должны ежедневно пробегать не меньше 50 километров, иначе болеют. А спрос на верблюжье молоко большой. Например, сейчас китайцы в нём очень заинтересованы. Как только они стали пить молоко, их средний рост увеличился на 10 см, и зубы стали выпрямляться. Они хотят за­ключить с нами контракт на поставку 10 тонн шубата. А у меня производительность всего 2,5 тонны. То есть нужно в 2–3 раза увеличивать поголовье верблюдов. Китайцы даже готовы построить завод по производству сухого молока. Фактически его хозяевами будем мы, но из стоимости молока, которое будем им поставлять, соседи вычтут определённые суммы. Для производителя это очень хорошие условия. Всегда есть сбыт, и современный завод останется за нами. Но мы понимаем, что казахстанцам самим не хватает молока. Так что мы сейчас на распутье.

– Разве государство не поддерживает вас, не выделяет субсидии?

– Государство даёт субсидии на молоко (на каждый литр 55 тенге). Но не на весь объём производимого продукта. Заявку мы подаём на тысячу тонн, а субсидии дают на 200-300 тонн. Обидно! Мы – единственный производитель шубата в Алматинской области. Можно было бы и по полной программе субсидировать. В прошлом году мы брали на 43 млн тенге субсидий, в этом – на 23 млн. Что будет в следующем году, не знаем. На покупку компании «Agro Mercur КХ» мы взяли кредит под 17,5%. Почему бы государству его не рефинансировать и не дать нам кредит под более низкий процент?

– А какие у вас затраты? Говорят, верблюд – чудо-конь, которого и кормить не нужно…

– Он, конечно, может месяц прожить без воды и еды, но только в экстремальной ситуации. Зачем мучить животное? Дойному верблюду нужно 3-5 кг ячменя в день, в зимний период – сено. На зиму мы где-то 6-10 тысяч рулонов покупаем. Один рулон стоит 2000 тенге. Сейчас у нас есть техника и 150 га поливных земель. Со следующего года будем сеять ячмень, клевер – с кормами станет проще. За­траты на электроэнергию составляют где-то 150-200 тысяч тенге в месяц. Но это необходимо для завода по производству шубата…

Председатель ТОО показал нам тот самый завод. Национальный напиток разливают там и в бутылки, и в бочки.

– В бочках – традиционный шубат, непастеризованный, – пояснил Садык Даулетов. – Его обычно поставляют в шубатхану в Талдыкоргане, в Карасайском и Илийском районах. Пастеризованный шубат разливаем в бутылки и продаём в крупных магазинах.

– Верблюжье мясо вы тоже куда-то сбываете?

– Сдаём на базар, в колбасные цеха. Таких цен, как у нас, нигде нет. Верблюжатина стоит 600 тенге за кило. Планируем поставить свой консервный завод и делать верблюжью тушёнку. А стоимость установим на уровне где-то 700–800 тенге за кило. Если ситуация на рынке не изменится.

– Вы сказали, что сдаёте мясо на базар. Но верблюжатины на алматинских рынках я не видела.

Верхом на Кеше.

– Скорее всего, торговцы выдают её за говядину. Ни цветом, ни запахом, ни вкусом от неё она не отличается. А по стоимости – почти в два раза. Кстати, в юрточных городках по трассе в меню есть куырдак из верблюжьего мяса, и это блюдо пользуется популярностью. Оно и вкуснее, и дешевле.

– А что вы делаете с шерстью?

– Китайцам продаём. В этом году сбывали её по 500 тенге за кило. Китайцы шьют из неё одеяла и продают их нам. В магазине одно такое одеяло стоит 18-20 тысяч тенге. Но скоро мы откроем свой цех по пошиву одеял. Швейные машинки у нас уже есть. Правда, советские, не те, что хотелось бы…

В день компания «Даулет-Бекет» имеет доход 1 млн тенге. Садык Даулетов считает, что этого достаточно, чтобы безбедно жить и развивать бизнес.

За беседой мы не заметили, как промчалось время и с пастбища вернулась вторая партия верблюдов.

– Это Кеша. Тот самый верблюд, верхом на котором главный тренер Алматинской области по греко-римской борьбе Азамат Кокебаев проезжал во время открытия Азиады, – сказал работник верблюжьей фермы и подвёл к нам двугорбого красавца.

Кеша опустился на землю, я не удержалась (ещё бы!) и уселась между его горбами. Когда верблюд стал подниматься, поняла, что держаться можно только за горб. Крепко ухватившись за него двумя руками, я уговаривала Кешу не делать резких движений, и участник Азиады отнёсся ко мне с пониманием…

Верховая езда вызывала у меня массу переживаний. Казалось, испытание уже закончено, но вдруг Кеша отказался спускать меня на землю. Фермеры давали ему команды и даже били по ногам прутом, но эта скотина стояла как вкопанная и меланхолично жевала жвачку. Попробовал бы он, подумала я, то же самое проделать с Азаматом Кокебаевым! К процедуре умиротворения подключились другие фермеры, и Кеше пришлось подчиниться. Я слезла, а Кеша с укором посмотрел на меня и что-то «булькнул» вслед…

Провожали нас всей фермой, даже верблюды что-то кричали нам на прощание. Наверное, мы им понравились. Да и они нам тоже. Пожалуй, ни один вид животных не сочетает в себе таких высокомерно-важных достоинств, как верблюд. Он обеспечивает человека и мясом, и молоком, и шерстью. И глядя на этих красавцев, понимаешь, что голод и холод нам не грозят.

P.S. Репортаж подготовлен в целях продвижения реализации программы создания продовольственного пояса вокруг южной столицы Казахстана.

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter