За ложный донос и наговор на офицера военный суд Алматинского гарнизона под председательством судьи Мухамеджана Пакирдинова приговорил солдата срочной службы к одному году и 6 месяцам заключения. Правда, лишил его свободы лишь условно. Более строгого наказания за своё преступление рядовому Левану Микеладзе удалось избежать благодаря заключению с прокурором сделки.

Было бы смешно, если бы не было так грустно. Донос на начальника отделения военной полиции рядового Микеладзе заставил написать его командир.

– Подполковник Есжанов и его заместитель по воспитательной и социально-правовой работе капитан Стрелков вынудили Микеладзе написать заявление в военную прокуратуру о том, что подполковник Ниязбеков в своём рабочем кабинете «набросился на рядового Микеладзе и избил его», – комментирует Мухамеджан Пакирдинов. – С целью придания правдивостисвоим ложным показаниям Микеладзе даже подговорил своего сослуживца рядового срочной службы побить его. Что тот и сделал, нанеся несколько ударов по шее...

В акте судебно-медицинской экспертизы действительно указано, что у рядового Микеладзе «кровоподтёк и ссадина в правой надлопаточной области», что привело к «телесным повреждениям и вреду здоровью».

– В военную прокуратуру солдата срочной службы доставили заместитель командира 2-й роты по воспитательной и социально-правовой работе старший лейтенант Ногаев и капитан Стрелков. Представляете, как Микеладзе боялся своих командиров, что решился по их наущению оговорить другого офицера, который служит в органах военной полиции.

– Зачем это солдату?

– Думаю, целью этого ложного и гнусного доноса было отстранение от должности начальника военной полиции Ниязбекова, который расследовал дело об избиении 20 августа прошлого года в селе Бартогай рядового Кабдрашева...

По словам судьи, Леван Микеладзе видел, как его сослуживец Адильжан сапёрной лопаткой наносил удары Кабдрашеву. Именно по этой причине 6 сентября он был вызван в военную полицию на допрос к Ниязбекову. Под влиянием командира батальона солдат-срочник не стал «стучать» на товарища и рассказывать дознавателю военной полиции, как дело было на самом деле, а, наоборот, будучи предупреждённым об уголовной ответственности за заведомо ложный донос, в своём заявлении указал, что побили его. И не кто-нибудь из роты или воинской части, а именно подполковник Ниязбеков.

Пока шло досудебное разбирательство, военного полицейского понизили в должности, привлекли к дисциплинарной ответственности и даже собирались уволить из Вооружённых сил по отрицательным мотивам. Но, решив «не сдаваться без боя», подполковник вывел сначала рядового Микеладзе на «чистую воду», а затем и его командиров.

ДОСУДЕБНЫЙ БАРТЕР

 Поскольку с 1 января сего года с введением нового УК сделка подсудимого со стороной обвинения стала вполне законной, то рядовой Микеладзе отделался, как говорится, «лёгким испугом».

– Проблема сейчас в другом, – продолжает Пакирдинов. – В поведении тех должностных лиц воинской части, которые склонили солдата к совершению этого преступления. Вынудили его оболгать офицера. Заставили подчинённого придумать то, чего на самом деле не случалось, и не понести за это никакого наказания. Благо, что солдат-срочник вовремя осознал, что творит, и с помощью адвоката нашёл выход, чтобы не угодить за решётку.

– Подсудимый совершил сделку с прокурором, потому и не сел в тюрьму? Стал добровольно сотрудничать со следствием и сдавать всех подряд?

– Сделка с правосудием, также называемая сделкой о признании вины, – это такой процесс достижения соглашения в уголовном процессе, когда прокурор предлагает подсудимому возможность признать свою вину в совершении преступления либо в совершении менее тяжкого преступления при условии, что приговор будет смягчён. Сделка даёт возможность обвиняемому избежать судебного разбирательства и риска быть признанным виновным по более тяжкому обвинению.

– Но какая-либо сделка с правосудием запрещена во многих странах. Многие правоведы считают это вообще недопустимым, так как правосудие при таком раскладе сводится к банальному бартеру: ты – мне, я – тебе.

– В принципе это хорошая практика. Исключается лишняя волокита. Если по делу существует мало доказательств и чтобы их каким-то образом добыть, стороне обвинения надо потратить много времени и сил, а подсудимый согласен с обвинением и даже сожалеет, что совершил ошибку, то в целях экономии времени такие сделки уместны. Тогда и наказание мягче.

По словам Мухамеджана Пакирдинова, в случае с ложным доносом рядового Микеладзе на подполковника Ниязбекова это и подтверждается. Солдат искренне сожалеет о том, что пошёл на это преступление и раскаивается. В частном постановлении суд обратился к командованию воинской части впредь «не допускать ничего подобного».

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter