Как сообщает казахстанским информагентствам источник из правительства, «резкой девальвации тенге не будет до середины лета». В качестве доказательств предположения собеседник пояснил, что времени на всевозможные финансовые катаклизмы ни у правительства, ни у президента не остается. Ибо сразу после апрельских выборов в начале мая состоится инаугурация главы государства. Затем празднование Великой победы с военным парадом в Астане. Затем президент едет в Москву, где на Красной площади пройдут такие же торжества. А в начале июля - День столицы, празднование которого совпадает с юбилеем главы государства.

Несколько иного мнения придерживаются аналитики. Директор Института проблем глобализации Михаил Делягин на днях высказал мысль, согласно которой не следует путать политику с экономикой, так как Россия, даже считаясь ключевым партнером Казахстана, отнюдь не является доминантой казахстанской экономики. Посему те, кто считает, что вслед за рублем должен рухнуть и тенге, глубоко ошибаются.

Эксперт уверен, что превентивная мера 2014 года создала достаточный запас прочности, который отнюдь не исчерпан и способен поддержать курс тенге даже при падающих ценах на нефть. «Не случайно западные пропагандисты девальвации тенге мотивируют ее необходимость предельно расплывчато: некоей «угрозой рецессии», - считает Михаил Делягин. И, подводя итог, резюмирует: мол, разговоры о скорой девальвации выгодны лишь разнообразным спекулянтам, желающим поживиться еще одной страной.

Между тем на ежегодной конференции международного рейтингового агентства Fitch Ratings, прошедшей в Алматы в начале апреля, ее участники - представители банковского сектора - на вопрос модератора «Будет ли девальвация?» фактически единогласно подняли руки вверх, подтверждая неизбежное.

Что весьма позабавило организаторов мероприятия, поскольку днем ранее именно Fitch Ratings опубликовало прогноз, согласно которому девальвация тенге в РК после президентских выборов может составить от 13% до 45%. Впрочем, агентство оказалось не единственным, кто глядит в воду. Эксперты банка Bank of America (BofA) Merrill Lynch также считают, Казахстану придется девальвировать тенге на 30%. В ином случае, считают эксперты, казахстанскую экономику ждет жесткая рецессия. «Экономика Казахстана остается в очень неустойчивом положении, несмотря на щедрую государственную помощь, и, по всей вероятности, может приблизиться к рецессии, а рейтинги и внешний долг находятся под давлением», - отмечается в докладе BofA.

Хорошая мина при плохой игре

Любопытно, что конференцию FitchRatings проигнорировал Нацбанк страны. В заявленных сессиях не выступил ни один сотрудник главного финансового регулятора республики. Оно и понятно, шушукались в кулуарах, участники мероприятия: официальным лицам сейчас не позавидуешь. Им приходится держать хорошую мину при плохой игре.

По словам спикеров конференции, ситуация сегодня такова: валютный коридор для казахстанского тенге резко расширяется. Если ещё действующий пока обменный курс тенге остаётся на уровне 185 тенге (+3, –15 тенге) за доллар, то в новых условиях не исключено, что «американец» подрастёт до 250–270 тенге.

«Двумя главными факторами девальвации являются ситуация с российским рублем и резкими скачками цены на нефть. Правительством в качестве основного сценария заложена цена на нефть в 50 долларов/баррель. Эта цифра имеет запас прочности, так как, по прогнозам рейтинговых агентств, по итогам года нефть будет стоить $65 за баррель», - пояснил директор департамента макроэкономического анализа и прогнозирования Министерства национальной экономики Дастан Умирбаев.

РИСКИ УЧТЕНЫ?

По мнению аналитиков FitchRatings, 30-процентная девальвация – это середина коридора, когда-то обозначенного Нацбанком комфортного соотношения тенге/рубль. Оптимальным является соотношение 3,5-4,5 тенге/рубль. Но сегодня курс казахстанской валюты укрепился до беспрецедентного уровня в 3,2-3,5 тенге/рубль. Что, безусловно, в какой-то мере играет на руку нашей валюте. Но насколько долгосрочным будет это укрепление, сказать сложно. У отдельных экспертов нынешняя ситуация вызывает скептицизм: мол, государство не сможет долго поддерживать такой сильный курс национальной валюты. Особенно если учесть, что это негативно сказывается на внутренних производителях, которые уже не раз выказывали недовольство политикой Нацбанка, жалуясь на то, что их товары оказались невостребованными, ибо рядовой казахстанец предпочитает отовариваться более дешёвым российским продуктом.

«С нашей точки зрения, наиболее пострадавшими в корпоративном секторе оказались сельхозпроизводители. Также косвенно ситуация затронула автодилеров – в связи с появлением альтернативных каналов», – отметил аналитик FitchRatings Роман Коренев.

Чтобы сократить давление на тенге, Нацбанк ограничил предоставление новой ликвидности банковскому сектору. В результате в 2014 году темпы роста кредитования сократились до 6%, а розничное кредитование сократилось ещё сильнее – до 12%. Но в данном случае можно было бы вспомнить притчу о стакане с водой. Для кого-то он наполовину пуст, для кого-то, наоборот, – наполовину полон. Так и в вопросах кредитования. Одни посчитают сокращение до 6% и, соответственно, до 12% плохим признаком. Другие видят в этом положительную динамику.

Видимо, относясь к числу вторых, Роман Коренев отмечает, что казахстанские банки находили выход из сложившейся ситуации и показывали рост даже в условиях низкого уровня фондирования в тенге. В основном, по мнению аналитика, это были банки с более агрессивной политикой. Что касается сектора розничного кредитования, то здесь особенно важны показатели роста в связи с тем, что за резким замедлением может последовать достаточное ухудшение качества активов самих банков.

Также, по мнению экспертов рейтингового агентства, деваль­вация может оказать негативное давление на качество кредитов в иностранной валюте. Причина в том, что существенные объемы валютных кредитов были предоставлены заемщикам, не имеющим валютных доходов.

По-прежнему с розничными нера­ботающими кредитами (по данным на 2014 год, около 14% розничных кредитных портфелей из числа рейтингуемых Fitch банков) связаны большие риски, так как они покрыты резервами банков лишь на 40%. Кроме того, ежегодные кредитные потери по необеспеченным кредитам составляли в прошлом году от 0,5% до 15% (в зависимости от бизнес-модели конкретного банка). По мнению г-на Коренева, в опасной зоне оказываются те банки, которые фокусируются на высокорисковых проектах (к примеру, зарплатных заемщиков).

Противоположный эффект на темпы роста оказывало списание кредитов. За счёт списаний число неработающих кредитов сократилось до 24% от всех кредитов. Для сравнения: в 2013 году доля неработающих кредитов составляла 31%.

Что касается сектора фондирования, то многие депозиторы в Казахстане, видя, что происходит в России с валютным курсом, решили подстраховаться. И, уходя от рисков, перевели свои сбережения в иностранную валюту. По розничным вкладчикам показатель долларизации составил 8%, по корпоративному фондированию – около 47%. Причем чем крупнее банк, тем выше показатель долларизации вкладчиков.

ПОЖИВЁМ – УВИДИМ. ВЫЖИВЕМ – УЧТЁМ

Директор департамента исследований компании Halykfinance Сабит Хакимжанов не ожидает серьезных проблем в банковском секторе в случае проведения девальвации. Он напомнил, что проблемные кредиты, которые сегодня являются ахиллесовой пятой казахстанской банковской сферы, возникли ещё в 2009 году, и сегодня сумма провизий превышает плохие кредиты более чем на 100%.

Понятно, что прогнозы – дело неблагодарное, поскольку во многом решение носит политический характер. Тем не менее, ввиду большого количества неопределенностей эксперт всё же рискнул предположить, что в краткосрочной перспективе можно ожидать определенную волатильность рынка. 

Одной из причин неблагоприятного развития постдевальвационного периода он видит в отсутствии гибкого обменного курса, что может негативно отразиться на реальном секторе экономики. Сабит Хакимжанов не исключает проявление угрозы «дезинфляции и дефляции». В случае, если Нацбанк примет решение сохранения фиксированного курса на нынешнем уровне, то наиболее неприятным моментом для казахстанских бизнесменов может оказаться конкуренция с российским и белорусским импортом. Ибо для выравнивания ситуации бизнес вынужден будет снижать цены на товары на 20–25%. И это не может не отразиться на заработных платах.

Есть и другая сторона медали, о которой участники конференции как-то умолчали. Для казахстанского бизнеса (в том числе и для банковского сектора) последствия девальвации могут вылиться в еще более жесткую конкурентную борьбу. Причин тому, как минимум, две. Во-первых, сегодня уже ни для кого не секрет, что компании наших партнёров по ЕАЭС более конкурентоспособны, а поэтому, вероятно, не стоит исключать их приход на новые пастбища. Во-вторых, их проникновению способствует и более щадящее, привлекательное для российского предпринимателя казахстанское налогообложение. Естественно, те же российские компании уже готовы перекупать уже действующий бизнес, и банковская сфера здесь не исключение.

Усугубляет ситуацию уход с рынка других иностранных инвесторов. «Казахстанские банки на самом деле до сих пор вызывают у инвесторов очень серьезные, наверное, уже фантомные, но боли. Интерес у инвесторов к казахстанским банкам все еще негативный. У них свежи воспоминания об искрометных дефолтах, которые взрывались на нашем рынке один за другим», – отметил председатель правления АО «ForteBank» Тимур Исатаев, вспомнив истории с БТА, Альянс и Темир банками.

Однако состояние особого напряжения не может длиться вечно. И даже если свет в конце тоннеля будет погашен, рано или поздно должно наступить затишье. Быть может, здесь прав г-н Исатаев, когда говорит о том, что если в дальнейшем все будет нормально в макроэкономическом плане, и если мы придем к «мягкой посадке» с девальвацией, то дальше остается лишь в очередной раз доказать свою жизнеспособность.

 

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter