Уважение к предшественникам состоит в том, чтобы продолжить их подвиг, не забывая о том, что они сделали и для чего. Л.Н.Гумилев

Совпадения такого рода бывают редки, но все же случаются. Так в последнем номере газеты «Туркистан» мне попадает на глаза статья «Казахи и венгры – кровные братья». И тут же память услужливо меня переносит на три года назад, к тому времени, когда мне довелось познакомиться с известным венгерским ученым и писателем Михаилом Бенке, приезжавшим к нам в Алматы. И вот что он тогда рассказывал.

– У нас, – говорил он, – в Венгрии, существуют две научные школы. Адепты одной полагают, что корни венгров надо искать среди народов финно-угорской группы: ханты и манси. В то время как их противники, к которым я отношу и себя, высказывают научную гипотезу, согласно которой предками венгров являлись гунны, пришедшие в эти края из Центральной Азии. Отсюда и название нашего государства – Хунгария, переводимое как страна хуннов, или гуннов – в русской транскрипции.

Причем исторические исследования в этом направлении велись на протяжении долгого времени. И здесь можно вспомнить две научные экспедиции венгерского монаха Юлиана в Среднюю Азию, еще в XIII веке пытавшегося установить связь между тогдашними тюрками и венграми. Однако лишь в 1965 году известному венгерскому антропологу Тибору Тоту удается обнаружить селение мадьяр в Тургайской области Казахстана.

Но в условиях существовавшего на то время тоталитарного общества советское руководство не дает ученому возможности продолжить свои исследования. В Советском Союзе тех лет существовали свои запреты и табу на проведение научных работ в этой области. Причем ларчик открывался просто – народам СССР не дозволялось иметь слишком большую и славную дореволюционную историю. Чтобы они не возомнили себя невесть кем. Иначе распад Союза становился вопросом времени. И это прекрасно понимали идеологи той эпохи вроде Суслова, небезуспешно внедрявшие коммунистические идеологические штампы в широкие массы.

Поэтому лишь с обретением республикой независимости венгерские ученые получают свободный доступ в Казахстан и в, частности, в Тургайскую область, представляющую для них огромный научный интерес.

– Эти тургайские мадьяры относят себя к древнему казахскому роду аргын, – делился восхищенно в те дни своими впечатлениями с нами, своими собеседниками, Михаил Бенке. – Но ведь и венгры себя зовут мадьярами. И вот что интересно. В фольклоре этого народа есть легенда, согласно которой два брата, Мадияр и Худояр, вышли на охоту за оленем. В долгой дороге один из братьев, Худояр, устал и вернулся домой, тогда как Мадияр продолжал охоту. До тех пор пока окончательно не заблудился. И не остался жить в новом месте. От него и разошелся новый род – мадияр.

Однако точно такая же легенда, один в один, в ее зеркальном отражении, существует и у нас, у венгерского народа. Так что вряд ли это можно назвать случайным совпадением. И потом, – заканчивал свою мысль венгерский ученый: – вряд ли случайно кипчаки в 1241-1242 годах, потерпев поражение от Чингисхана, бежали не куда-нибудь от преследовавших их по пятам монголов, но именно в Венгрию, под защиту короля Белы IV. Что косвенно свидетельствует о родственных отношениях, существовавших между нашими народами.

И вот теперь открываем газету «Туркистан» от 12 июля 2007 года, где в статье журналиста Динары Мынжасаркызы рассказывается: (Цитируем)

– Среди казахов и венгров пользуются популярностью труды известного венгерского ученого Иштвана Коныра Мандоки, рассматривающие вопросы родства наших двух народов. Его супруга Онайша Мандоки, возглавляющая кипчако-куманский просветительный центр «Кумания», также приложила немало усилий для более тесного сближения казахов и венгров. А теперь и антрополог Биро Андраш Иштван Коныр решил пойти по стопам своего знаменитого дяди Иштвана Мандоки.

Известно, что в Тургайской области Казахстана до сих пор проживает казахский род мадияр, предполагаемый прямой родственник нынешних венгров. И вот теперь выяснить доподлинно, насколько подобное научное предположение соответствует истине, взялся Биро Андраш. В ходе своей состоявшейся второй научной экспедиции в тургайские края он и его сотрудники брали на анализ кровь и слюну местных жителей. И хотя исследования подобного рода потребовали немалых финансовых затрат с венгерской стороны, но результат того стоил. Отныне считается доказанным на генном уровне, что венгры и казахи-мадияры Тургайской области – единокровные братья.

Так научная гипотеза, еще вчера принимаемая в штыки некоторой частью ученых-историков, становится с этой поры строго подтвержденным научным фактом.

Из чего следует неопровержимый вывод: предки нынешних венгров, вероятнее всего, гунны – являются отколовшейся частью большого тюркского эля, с древних времен заселявшего земли Казахстана.

Такая вот познавательная история с политикой. Доказывающая, кроме всего прочего, что научная интуиция, упорство и труд достойны самого высокого вознаграждения.

И вот тут, в этом самом месте, самое время от великого переходить к смешному. Ведь не зря же говорится, что великое и смешное по жизни соседствуют рядом, разделенные всего одним шагом. Так в последнем номере газете «Казак Адибиеты» опубликованы велеречивые стихи Кадыра Мырза-Али «Кто как погибает» и убийственная пародия на них Аймухамбета Бейсембекова.

Здесь мы видим, как уважаемый Кадыр Мурза-Али выговаривает с вдохновенным пиететом (а ля Владимир Маяковский):

Скакуны погибают, Позади себя оставляя пыль. Поэты умирают, С изумленьем взирая на этот мир.

А ему тут же спешно вторит, едва поспевая, Аймухамбет Бейсембеков, добавляя сбившимся речитативом в эту размеренно льющуюся песню свое лыко в строку:

Мужики погибают От загулов на стороне. А жены их умирают От ревности по мужней вине. Бомжи погибают, застудив свои почки. Рыбы мрут в засоленной бочке. Старики погибают, не в силах победить старух. А уж когда смерть тех застает, Невестки поют. Взяточник умирает, Не сумев всех денег проесть. Жалобщик погибает, успев всем надоесть. Певцы умирают, не допев последний куплет. Бедняки погибают, оттого что в карманах денег нет. Актер смерть приемлет на сцене, Чтоб свой гений народу отдать. Писатель глотает цианистый калий, Нищету не готовый принять. Оралман погибает с тоской во взоре, Гражданином республики мечтая стать. И наконец, гибнет последним автор, Так и не успев гонорар за стихи эти взять.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter