В середине марта 2014 года, когда Крым стал частью Российской Федерации, в адрес нашего северного соседа были введены санкции. Тогда мало кто воспринял эти действия Запада всерьёз, ну и мало кто думал, что они могут иметь долгосрочный характер. Однако вот уже два года Россия находится в санкционных тисках, которые сковали все сферы жизнедеятельности государства: торговые и визовые ограничения, паралич гражданского, экономического, военного сотрудничества.

То, что санкции нанесли огромный удар по экономике России, совершенно очевидно. Но как изменили антироссийские санкции за два года жизнь в Казахстане?

Двусторонние отношения Казахстана и России традиционно отличали близкие экономические связи, и интеграция в рамках Евразийского экономического союза сделала эти отношения просто зеркальными: если в Москве идёт дождь, над Астаной начинают сгущаться тучи.

Когда в 2014 году в Москве начал моросить дождь, казахстанская сторона надеялась на то, что продукты с маркировкой "Қазақстанда жасалған" заменят на российских прилавках санкционные товары. Да и сторона российская надеялась на то, что закрытые рынки будут компенсированы членами Таможенного союза, в особенности Казахстаном.

Однако товарооборот Казахстана с Россией за эти два года сократился на 39%.

Мы начали меньше торговать друг с другом. Причём уже в первый год действия санкций стороны значительно потеряли в двусторонних экономических отношениях. Если в 2013 году удельный вес России в общем товарообороте Казахстана занимал 17,9%, то в 2014 – 16,7%.

По итогам 2015 года, в Россию отправилось на 32% меньше казахстанских товаров, а нами было принято на 25,9% меньше товаров российских. Если говорить о конкретных товарах, причём не в стоимостном, а в количественном выражении, то мы стали меньше продавать России продуктов из зерна, муки, молока и кондитерские изделия (-8,8%), рис (-19,5%). Но зато больше реализовали мяса и субпродуктов (+28,5%) российской стороне.

При этом в Казахстан хлынуло российское мясо, колбасы и сосиски (+48,9%), масло (+46%) и безалкогольные напитки (+33,5%).

Конечно, не стоит забывать о девальвациях тенге и рубля, но двузначная инфляция в совокупности с темпами обесценения валют все равно не оставляет шансов нашим двусторонним отношениям.

Также свежи в памяти случаи с задержкой казахстанских фур на российской границе. Инцидент был исчерпан, но так и неизвестно, в чём была причина подобного поведения органов таможенного контроля. Возможно, тогда у российской стороны под действием санкций сдали нервы, а возможно, всё пошло по старой русской поговорке: "Дружба дружбой, а табачок врозь".

Курс тенге также достаточно сильно оказался под влиянием антироссийских санкций.

Все мы помним события 2014 года, когда вследствие обесценения рубля казахстанцы усиленно принялись скупать квартиры, автомобили и товары народного потребления в России. В итоге эти действия сыграли злую шутку против нас же. Казахстанский автопром остановился, деньги из страны спешно выводились, и мы разогнали инфляцию до двузначных значений в самой России.

Понять Национальный банк тогда было можно, ведь никто не думал, что санкции будут введены так основательно. Тем не менее, казахстанская экономика приняла колоссальный удар от этих мер. И ещё сильнее по населению ударило резкое возвращение тенге к паритету с рублём.

О девальвации национальной валюты особо говорить не стоит, потому как каждому хорошо известно, к чему привела эта мера. Но на одном из последствий девальвации остановиться надо.

Инфляция в РФ в 2015 году достигла максимальных с 2008 года 12,9%, в Казахстане в прошлом году общий уровень цен увеличился на 13,6%. Учитывая то, что Россия – абсолютный фаворит среди стран ЕАЭС по объёму импорта в Казахстан (94%), а также лидер среди всех остальных стран (33,4%), мы фактически импортировали инфляцию. Причём сами частично приложили руку к её разгону в России. Инфляция у нас оказалась больше, чем у северного соседа, так как казахстанская экономика менее диверсифицирована.

В связи с этим очевидно, что покупательская способность населения у нас сократилась.

Реальный денежный доход населения снижался у нас в марте, октябре, ноябре, декабре прошлого года и в январе этого года. Но удалось сохранить положительный прирост номинальной заработной платы, средний размер которой в 2015 году составил 125 тысяч 904 тенге. Однако, переведя цифры в реальные значения (исходя из уровня инфляции), мы видим, что и здесь особенно радоваться нечему.

Радоваться тут нечему ещё и потому, что за эти два года, согласно официальной статистике, казахстанцы стали меньше потреблять мяса, хлебопродуктов и крупяных изделий, молочных продуктов, фруктов и овощей.

Можно, впрочем, говорить о том, что антироссийские санкции и последствия их влияния на экономику Казахстана не смогли вызвать роста безработицы, которая второй год подряд остаётся на уровне 5% (по официальным данным).

Но значительно увеличился приток рабочей силы из России за эти два года. За 2014-2015 годы в Казахстан из России приехало 7651 человек, причём казахов из них 1839 человек, то есть 24%.

Разумеется, это далеко не все последствия, с которыми столкнулся Казахстан в результате антироссийских санкций. И, конечно, не стоит забывать о рекордном падении цен на нефть. Это с санкциями не связано, но также оказывало серьёзное отрицательное влияние на казахстанскую экономику. А так выходит, что за эти два года жизнь в Казахстане изменилась: она стала дороже, и мы стали больше себя ограничивать.

Но, исходя из немного перефразированных умозаключений Рональда Рейгана, что когда сосед теряет работу – это рецессия, когда ты – депрессия, мы, собственно, пока находимся в рецессии. И кто знает, что будет с нами, если антироссийские санкции продержатся ещё пару лет?

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter