Обвиняемые по уголовному делу – экс-глава КНБ Альнур Мусаев и бывший сотрудник охраны президента Вадим Кошляк - могут переложить часть своей вины на покойного Рахата Алиева. Это ускорит ход процесса. В то же время многое сейчас зависит от тех доказательств, улик и доводов, которые будет приводить сторона обвинения. Уже стали звучать предположения, что если их вина будет доказана, то они могут получить длительные тюремные сроки вплоть до пожизненного заключения. При этом отбывать наказание подсудимые могут в Австрии. У нас нет договорённости об экстрадиции заключённых с этой страной. Правда, были прецеденты, когда некоторые европейские страны, как, например, Испания, в порядке исключения всё-таки выдавали Казахстану подозреваемых и обвиняемых в тех или иных преступлениях.

Возникает ощущение, что для Астаны Альнур Мусаев и Вадим Кошляк большого интереса уже не представляют, так как главным игроком в противостоянии с казахстанской правящей элитой был Рахат Алиев, чья смерть снизила угрозу новых информационных войн. А его подручные лишь были инструментами в его руках.

Как бы там ни было, смерть Алиева, как и любая странная смерть известных медийных фигур, в течение определённого периода времени ещё будет обрастать разными мифами и версиями. Хотя внутри страны власти приложат все усилия, чтобы закрыть эту страницу окончательно и бесповоротно, поставив на ней печать забвения.

Сейчас для Астаны более актуальной является нейтрализация Мухтара Аблязова. Франция на уровне судебных инстанций уже приняла решение о его возможной экстрадиции в Россию. И этот вопрос сегодня волнует Астану сильнее, чем судебный процесс по Мусаеву и Кошляку. При этом появление беглого банкира в России значительно увеличит шансы Астаны получить его в свои руки, что, конечно, будет зависеть от политического торга между Казахстаном и Россией по этому вопросу.

Но это палка о двух концах. С одной стороны, если Аблязов вдруг окажется в руках казахстанских властей, фактически будет нейтрализован последний активный оппонент власти. Третьего беглеца в лице бывшего акима Алматы Виктора Храпунова, временно поймавшего тишину, Астана не рассматривает в качестве самостоятельного серьёзного оппонента, также считая его больше инструментом в руках бывшего банкира. Тем более, насколько известно, в самой Швейцарии у Храпунова и его семьи появились проблемы, связанные с обвинениями в коррупции и финансовых махинациях. С другой стороны, если гипотетически представить, что Аблязов окажется на территории Казахстана, то для отечественных властей это может создать дополнительные проблемы. Появление французского арестанта на родине может вновь сконцентрировать внимание международного сообщества на нашей стране, как это было после инцидента с насильственным вывозом жены и дочери экс-банкира из Италии в Казахстан. И если наша страна заполучит экс-главу БТА-банка, властям придется сдувать с него пылинки, чтобы с ним вдруг не произошёл «несчастный случай» в местах не столь отдалённых.

После смерти Рахата Алиева гибель ещё одного оппонента власти будет уже выглядеть как тренд, а не случайное совпадение. Кстати, именно в этом случае опять всплывёт интерес к смерти бывшего зятя президента, что вряд ли устроит Астану. Не стоит также забывать, что политика любит мучеников. И Мухтар Аблязов эту роль может вполне сыграть, так как, в отличие от Алиева, бывший банкир всё-таки больше ассоциировался с казахстанской оппозицией. Нужен ли властям Казахстана новый политический мученик, после того как она потратила время и усилия для вычищения оппозиционного поля? Вряд ли.  Так что в ситуации с беглым банкиром нашим властям и хочется, и колется.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter