Если вам доводилось оказаться в пятницу около столичных мечетей, то вас не может не обрадовать заголовок, пестревший в СМИ: "Мечеть в футуристическом стиле строят в Астане" – спрос, превышающий предложение на мечети, налицо.

Автор проекта рассказал журналисту, что за основу был взят стиль символизма и авангарда, что именно из этих стилей произросла футуристическая форма. Также автор рассказал, что новое здание мечети станет смесью чисто казахского стиля и авангарда.

Скажем прямо – из описания совершенно непонятно, о каком авангарде идёт речь, когда казахи выработали свой архитектурный стиль, в чём он состоит, и что делает форму здания футуристической. Но понятно одно: перед нами творение, которое помимо решения чисто утилитарных задач хочет также быть художественным высказыванием. Отсюда нужно понимать, какая это большая удача и ответственность – иметь возможность реализовать свой творческий порыв в мире колоссальной диспропорции количества архитекторов и объёмов строительства.

Итак, согласно рендерам, доступным нам в материале, основное здание решено в экстравагантной форме гигантского раскрывающегося цветка, что можно понять, оказавшись в минарете и увидев здание сверху. Три яруса лепестков увенчаны куполом. Здание в себе без акцентированного входа. Композиция простая из двух элементов – лепестки-панели и окна. О внутренней планировке и убранстве ничего пока неизвестно, очевидно, это свободный план и, вероятно, какие-то перегородки.

В общем-то, перед нами, выражаясь терминами Роберта Вентури, "декорированный сарай", который отказался сообщать о себе через свою форму и черпать вдохновение из классической, в данном контексте, исламской архитектуры с её потрясающим орнаментом и характерными элементами, и только одинокий минарет выдаёт здесь функцию. Эта семантическая неразбериха и смутила горожан, если верить комментариям. Автор настаивает на том, что конструкция такой мечети не нарушает канонов религии, отметив, что подобные объекты есть в Малайзии и Германии. Тут он прав: непривычная нашему глазу форма нисколько не должна нас смущать.

Что приходит нам в голову при словосочетании "исламская архитектура"? Большинству из нас в голову придут подковообразная арка и мукарнас, система куполов, в общем-то, что-то каноническое. Говорить о канонах сегодня плохой тон, все каноны оказались на свалке истории, мы живём в эру многоголосья, самого настоящего плюрализма, архитектурного в том числе. Мы живем во времена деконструкции ореола канона, ордера: в общественной дискуссии признают, что канон и ордер представляют репрессивные силы дискурса победителя, который писал историю на всем ее протяжении. Так что если вы окажетесь в определённом обществе, вас там даже могут обвинить в разных бедах.

Для того чтобы обсуждать нашу новую мечеть и городскую мечеть вообще, отбросить идеологическую требуху и ангажированность в отношении архитектуры, названной исламской, обозначим её современное состояние.

А её современное состояние описывается двумя терминами: космополитичность и урбанность. Чтобы в этом убедиться, достаточно посмотреть на лауреатов и номинантов премии Ага Хана. В 1977 году Карим Ага-хан IV учредил премию Aga Khan Award for Architecture с крупным призовым фондом, которая вручается раз в три года и призвана отмечать, поддержать и вводить в общественный дискурс обсуждение вопросов исламской архитектуры и архитектуры исламских стран. Как отмечает сайт премии, к моменту учреждения архитектурный дискурс отражал в основном западные практики и традиции, и почти ничего не проговаривалось об исламских.

Критерии премии ничем не отличаются от общепринятых современных ценностей в архитектурной практике: устойчивость, человеческий масштаб, экологичность и качество. Для следующей премии 2017-2019 гг., например, заданы крайне важные темы развития руральных пространств, городской периферии и общественных пространств.

Впрочем, и прошлое исламской архитектуры – как пёстрый ковёр-самолёт, куда вплетены традиции большого количества национальностей и всемирной классики архитектуры: от аскетичной мечети Пророка до роскошной Голубой мечети.

Здание мечети может быть сегодня разным не только потому, что оно должно отражать своё время, быть творением современности и использовать современные материалы и технологии, а значит, и следовать их тектонике и логике. А главным образом потому, что исламская архитектура и ислам, будучи достоянием самых разных народов, с самого своего начала была разнообразной: в Иране строят не так, как в Арабских Эмиратах, а в Арабских Эмиратах и Иране – не так, как в Индии.

Что же тогда делает здание мечетью? Мы точно можем сказать, что главная функция здания делает его мечетью, поэтому купол, дворик, минарет и михраб должны быть выдержаны, как минимум.

Таким образом, городская мечеть должна помимо выполнения прямой функции ещё говорить что-то о новом молодом городском поколении верующих, подключённых к глобальной сети и глобальным культурным процессам с общими для поколения ценностями, и говорить с ними на понятном языке, должна быть удобной, функциональной и аккуратно вписанной в городскую среду.

Что касается новой мечети, если позволить себе в этой колонке вкусовщину, то это, вероятнее всего, не будет шедевром; тому много причин – от дороговизны и недоступности материалов и отсутствия у нас своих архитектурных традиций. Но не будет это и нарывом на теле города.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter