В ноябре 2018 года Нурсултан Назарбаев поддержал идею главы BI Group Айдына Рахимбаева о создании в Казахстане первого Национального агентства по усыновлению детей. Оно будет создано на базе фонда "Ана үйі". Инициаторы предлагают законодательно закрепить обязанность проходить школу приёмных родителей тем, кто решил усыновить ребёнка.

Сегодня в Казахстане 112 учреждений для детей, оставшихся без попечения родителей, в которых содержатся около пяти тысяч детей. Директор фонда "Ана үйі" ("Дом мамы") Балия Акимбекова считает эту цифру слишком завышенной для страны, в которой даже в тяжёлые годы войны и голода не отказывались от детей.

"У меня умер ребёнок, я думал, возьму другого, и мне станет легче, а легче не стало"

– Балия Дунебаевна, расскажите, зачем в Казахстане хотят создать Национальное агентство по усыновлению детей? Чем оно кардинально будет отличаться от детских домов, частных фондов, которые вроде занимаются вопросами усыновления/удочерения?

– Перед агентством стоит три задачи. Первая – это подготовка приёмных родителей. Как это будет работать? Если вы решили принять ребёнка в семью, приходите в агентство и получаете первичную консультацию: что такое детский дом, какие вам нужны документы и так далее. После этого идёте на консультацию к психологу, который выявляет ваши истинные мотивы. Это очень важный этап.

Потому что бывают те, кто просто хочет заполнить потерю. А через год приходят и возвращают со словами: "У меня умер ребёнок, я думал возьму другого – и мне станет легче, а легче не стало". Или: "У меня рушился брак, я думала мы снова станем семьёй, а мы не стали семьёй, возьмите обратно". Для недопущения таких возвратов и нанесения травм нужны эти психологические консультации. Это мировая практика, которая законодательно закреплена в цивилизованных странах. Мы предлагаем сделать так же и у нас.

Вторая задача – подготовка документов детей для передачи в семью. С документами у большинства не всё в порядке, а органы опеки не успевают, потому что очень мало специалистов: условно два-три человека на одну область. У них и судебные процессы, и лишение родительских прав. На одного сотрудника приходится 15 тысяч детей. Соответственно, мы им можем стать помощниками.

Третья задача – сопровождение семей с приёмными детьми. Их нужно сопровождать не менее трёх лет, вовремя предоставить психолога или какую-то другую помощь. А иначе будут возвраты.

"Думал, они тебя заберут и ты будешь жить счастливо?"

– Но и сейчас можно пройти школу приёмных родителей на базе вашего фонда, детских домов...

– Сегодня очень высокие цифры возврата, а это вторичное, третичное предательство. У нас есть мальчик в Актобе, которого возвращали 12 раз, ему уже 13 лет. Для ребёнка это страшный удар. Ещё и потому, что в детском доме дети начинают ребёнка дразнить: "Ты думал, что кому-то нужен? Думал, они тебя заберут и ты будешь жить счастливо?" Дети порой бывают очень жестокими.

Чтобы предотвращать такие ситуации, и существует наша школа приёмных родителей. Обучение длится три месяца и состоит из 14 модулей. Посещать занятия нужно два раза в неделю. Если это будет законодательно закреплено, мы надеемся, что возвратов станет меньше.

– Часто ли детей возвращают из-за их поведения? Возможно ли это исправить приёмным родителям?

– Да, чаще всего родители не справляются с поведением. Но на самом деле, дети отражают ту действительность, в которой они находятся. Если ребёнок всю жизнь жил в "казарме", он не знает как жить по-другому. Поэтому нужно набраться терпения. Чаще всего возвращают детей со словами "он несносный" или "ворует". Но всё это корректируется.


Читайте также: Что нужно, чтобы взять ребёнка из детдома в Казахстане?


В школе приёмных родителей мы подчёркиваем, что одной любви недостаточно. В детских домах есть дети, с которыми жестоко обращались их кровные родственники, у них есть травмы. Приёмные родители должны понимать, как с ними работать. Даже если ребёнку годик или два, у него уже есть травма предательства. Все эти травмы не проходят быстро.

Вы знаете, что дети в домах малютки не плачут? В каждой семье, где есть ребёнок, мы слышим плач. Так он сигнализирует, что ему что-то нужно, что-то требует. В домах ребёнка у детей происходит депривация. Попав в учреждение, он плачет неделю-две. Потом он понимает, что это бесполезно, никто не подойдёт, не возьмёт на руки, и перестаёт плакать.

– Будет ли агентство законодательно закреплять дополнительные требования к приёмным родителям? К примеру, определённый уровень дохода, образования.

– Все требования к приёмному родителю уже закреплены законодательно, и органы опеки, передавая детей в семью, уже работают по этим критериям. Агентство не подменяет госорганы. Мы дополнительное звено, которое сделает ту работу, на которую у органов опеки и детских домов не хватает времени и ресурсов.

"Мы не знаем, что происходит в детских домах по ночам"

– Возвраты и неподготовленность родителей – это главные проблемы или есть и другие, которые требуют решения?

– Дети порой становятся заложниками бюрократических проволочек, потому что у нас слабо развита работа по поиску кровных родственников, чьи родители не лишены родительских прав либо по какой-то причине отсутствуют. Всякое бывает: родители умерли, в местах лишения свободы, на принудительном лечении либо просто ведут аморальный образ жизни и детей изъяли из семьи. Но, на минуточку, у них, скорее всего, есть бабушки и дедушки, которые вполне могут взять их.


Балия Акимбекова и обратившиеся в фонд "Дом мамы" казахстанцы

Балия Акимбекова и обратившиеся в фонд "Дом мамы" казахстанцы / Фото со страницы Балии Акимбековой в Facebook

Недавно был такой случай: у мальчика умерла мама, есть отчим и родные дядя и тётя, но они живут в России. Мальчика забрали в центр адаптации несовершеннолетних. Домашнего мальчика! А ведь для ребёнка это очень большой стресс. Хотя можно было подождать в этой же квартире с этим же отчимом сутки, когда приедет родная тётя. Это ненормальная ситуация, так нельзя делать! Наша идея в том, что прежде, чем ребёнка запирать в эту систему, нужно проработать с его ближайшим окружением.

"А потом им исполняется 18 лет, и им говорят: получай, фашист, гранату"

– Если родители не отказались от ребёнка, но не могут пока его воспитывать, что делать в таких случаях?

– Нужно определить правовой статус ребёнка: попадая в детский дом он либо сирота, либо оставшийся без попечения родителей. Во втором случае родители, условно говоря, должны написать какой-то отказ от ребёнка, чтобы его можно было передать в другую семью. Мы предлагаем это проработать законодательно.


Приёмная семья

Приёмные родители из СКО взяли в семью четверых детей / Фото фонда "Ана үйі"

Допустим, маму осудили на 15 лет, ребёнок находится в учреждении. Но это ведь не означает, что он должен провести там 15 лет. Ему нужно уйти в семью. Может, мама, выйдя из тюрьмы, заберёт его, а может, и нет. Но в любом случае ребёнка нужно уберечь от системы.

– В чём, на ваш взгляд, главное несовершенство системы детских домов?

– Дети оттуда выходят неподготовленными к жизни. Согласно действующим правилам, им нельзя убирать за собой постель, мыть посуду, готовить еду. И кем они выйдут? Иждивенцами? Ведь у них всегда было всё готовое, их даже не научили ходить в магазин за продуктами. А потом им исполняется 18 лет, и им говорят: получай, фашист, гранату. Я более чем уверена, что там половина персонала – замечательные люди, которым нужно поставить памятники, но перегибов хватает.


Читайте также: Хочу усыновить ребёнка из детского дома. Какие пособия получают приёмные семьи


Ночью в детских домах дети предоставлены сами себе. И мы не знаем, что там происходит. Точнее, знаем, но не можем предоставить доказательства. Аружан Саин об этом часто говорит, но ей не верят (18 июля Аружан Саин назначена уполномоченным по правам ребёнка в Казахстане. – Авт.). Мы работаем с приёмными детьми. Мы не имеем права распространять эту информацию в их же интересах, но, к сожалению, это есть – физическое, психологическое и сексуальное насилие.

"Полностью закрыть детские дома не получится"

– Президент заявлял о том, что в стране не должно остаться детских домов. Как думаете, это реально?

– Когда мы начинали работу фонда в 2013 году, в детских учреждениях было 10 800 детей. В 2019-м их стало в два раза меньше. Естественно, это не только мы, есть и другие фонды, государственные органы, которые занимаются уменьшением количества детей в учреждениях. Но когда ты целенаправленно работаешь над какой-то целью, однозначно есть результат. За шесть лет почти на пять тысяч уменьшилось количество таких детей.

Полностью закрыть детские учреждения не получится, хотя это было бы идеально. Сейчас их 112, из них должно остаться, условно, 40-50. Но это будут временные центры, куда дети будут попадать на время, пока им не найдут семью. Более того, мы предлагаем активно развивать институт профессиональных приёмных семей, как это делается в мировой практике.

"Дети будут переезжать из одного дома в другой. Как будто их временно оставили у соседей"

– Профессиональные приёмные семьи должны заменить детские дома?

– В профессиональные приёмные семьи будут временно помещать детей до тех пор, пока не определится их статус. Отсюда они уйдут либо во временные центры, либо в долгосрочные приёмные семьи. Наша идея в том, что дети будут просто переезжать из одного дома в другой. Как будто их временно оставили у соседей. Государство должно будет платить таким семьям.


Балия Акимбекова

Балия Акимбекова / Фото со страницы Балии Акимбековой в Facebook

– Чем Национальное агентство по усыновлению будет отличаться от иностранных агентств, аккредитованных в Казахстане?

– В Кодексе о браке и семье есть целая глава, посвящённая иностранным агентствам по усыновлению. Они взимают плату с клиентов, но не занимаются подготовкой приёмных родителей, документами и сопровождением. Они лишь являются посредниками между иностранными гражданами и местными органами.

Пока мы планируем работать только с казахстанскими гражданами. И готовы это делать безвозмездно. Мы не будем брать деньги ни с населения, ни с государства. Но готовы к тому, чтобы государство нас контролировало максимально, потому что понимаем: это касается безопасности детей.

– Кто будет финансировать проект?

– Наши бизнесмены. Наш фонд "Ана үйі" существует уже шесть лет полностью на взносы бизнесменов. Ни копейки государственных денег мы не брали. Планируем продолжать так же заниматься фандрайзингом, как это делают во всём мире.

"Не нужно бояться брать детей в семью"

– На каком этапе сейчас находится создание Национального агентства?

– Нужны изменения в закон, и мы готовы в законодательном русле двигаться. Пакет поправок уже готов, сейчас их отрабатываем с госорганами. В пилотном режиме мы планируем уже начать в Нур-Султане и трёх областях: Акмолинской, Костанайской, Карагандинской. В 2016 году мы уже создали центр поддержки усыновления, и по сути он работает как агентство, но с усечёнными полномочиями. У нас есть 17 филиалов по всей стране. А как только поправки примут, мы сможем работать в полную силу.

Мы предлагаем, чтобы Национальные агентства в Казахстане, как и иностранные, проходили аккредитацию в госорганах. Нужно прописать стандарты и требования, которым должны соответствовать агентства по усыновлению. То есть этим можем заниматься не только мы, но и другие НПО, которые подойдут по требованиям.

Любое родительство, особенно приёмное, – это очень большой труд. Но в то же время не нужно бояться брать детей в семью. Чужих детей не бывает. Но прежде чем принять это непростое решение, вы должны пройти хорошую подготовку, набраться дюжины терпения и работать над отношениями.

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

Facebook | Instagram | Telegram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter